В главе первой части "Я Гордый" мы знакомимся с директором клинингового агентства, который безошибочно осознает свою ненависть к уборке и бытовой химии. Его жизненный опыт и профессиональная роль в сфере чистки делают это описание не просто рассказом о работе, но мрачным отражением трудностей и переложения бремени на человека....
Вообще, структурно Живу можно разделить на несколько частей:
Стан, базовое состояние;
Брань и Раж, состояние «второго дыхания» и «боевого безумия»;
Явь, Навь и Мара — сверхчувственное восприятие, боевая эмпатия и ятрогения; Лепа, состояние целительства и самолечения.
Я владел всеми состояниями, правда, насчет лечения точно не скажу, но вот быстро приводить нервы в норму умел как никто.
Поэтому минуя стан, сразу перехожу в раж. Мышцы наливаются силой, движения становятся быстрыми, смазанными. Время чуть замедляется.
Вскочила, моська крайне удивленная.
— Давай еще! — с восторгом вопит адреналиновая маньячка и прыгает на меня.
Полушаг в сторону, удар по корпусу, вихревое движение рук — и она вновь катится по полу полигона.
— Ты сегодня прямо в ударе, — смахивает со лба она прилипшую челку. — Совсем не бережешь любимую сестру, а значит, и я не буду сдерживаться.
И в это момент мир будто мигнул. Я увидел, как по ее рукам побежали всполохи темных искр — и в меня полетели каменные кулаки. Не очень большие и быстрые — все-таки меня никто не собирался убивать. Но если попадут, будет очень обидно. Поэтому что? Правильно, я побежал по кругу, старательно шевеля булками. Под ее веселый смех я выписывал акробатические этюды, старательно уворачиваясь и при этом пытаясь с ней сблизиться. На расстоянии мне точно ни черта не светило.
Бум! Черт, достала-таки! Моя скорость снизилась.
— Ну что, набегался или еще хочешь? —насмешливо спрашивает она.
И тут меня такая злость взяла, что ни в сказке сказать, ни автору написать. В общем, я взбесился и тупо пошел на нее, и в этот момент мир опять мигнул, окрасившись серым, а вот Ольга стала будто полупрозрачной, за исключением нескольких мест, подсвеченных красным. Одно из них на ногах.
"Тянусь к нему — и в этот момент она делает шаг и растягивается на земле, наступив на развязавшийся шнурок. Пока она ошалело смотрит на него, второй быстро расшнуровывается, оплетает одну её руку, вторую, крепко их стягивая. Выскальзывает ремень шорт и связывает ноги. А майка вдруг начинает расползаться на части, осыпаясь с тела трухой.
Пока она остервенело брыкается и визжит, я не свожу с нее глаз, потому как этим всем управляю я, просто формируя мысль.
