Автор
В Речном порту Токyo, где воздух напряженно дышится от предстоящих перемен, однажды ночью на таране прибыл фрегат с интригующим герцогским кафтаном. Петр Нахимов и Одэн вступают в непредвиденное путешествие, где каждое слово может быть последним. Глава XII "Я граф" — это драматическое приключение, где предательство тесно обжилось рядом с преданностью, а слезы стекались как ручьи по лицам героев, когда нарушается мир, в котором они жили....
— О как, не они… А что, получается, у меня появились еще недоброжелатели? — удивился я, обращаясь к помощнице.
— Хм… Спроси, он знает, кто его нанял?
Я повторил вопрос. Ответ также был отрицательным.
— Миша, жандармы будут через минуту, — предупредила Лора.
— Тогда пора прощаться, — я засунул таблетку обратно командиру в рот и раздавил.
Так как эти наемники мне были не нужны, а второй попытки нападения мне не хотелось, то вторая половина отряда отправилась вслед за первой. Мой им подарок — быстрая и безболезненная смерть.
Я подошел к машине и проверил, как там ребята.
— Не пострадали? Все хорошо?
Детальки разъехались, и в отверстия высунулись руки с поднятыми пальцами вверх.
— Вот и славненько, — улыбнулся я и отправил детальки Болванчика в багажник.
В этот момент появились две машины жандармов, а затем изнутри выскочили по три дежурных в форме, и они были магами аристократами, хоть и низшего ранга. У каждого на бедре висели мечи, на поясе кобуры с пистолетом. Все в брониках и касках. Ух, спешили, наверное.
— Опоздали, парни! — крикнул я, привлекая внимание. — Я уже их ликвидировал.
Они подошли к трупам и попинали их ногами.
— Простите, кто вы? — быстро сориентировался первый жандарм.
— Граф Кузнецов, — сказал я. — Они напали на меня на дороге. Стояли в толпе демонстрантов. Можете проверить камеры. Мой водитель отогнал машину в этот переулок. Тут я их и ликвидировал.
Ко мне подошла Надя и начала общаться с ними с более юридической точки зрения.
И все же титул давал привилегии.
Надя же объяснила, что нападение было спланировано заранее. Жандармы взяли ее номер, попросили меня расписаться за отказ от претензий, и мы распрощались.
— Простите, — окликнул меня один из жандармов, когда мы садились в машину. — Ваше сиятельство, могу я спросить?
Он подбежал к окну машины и остановился, подозрительно глядя на Данилу.
— Ну чего еще? — с напускной суровостью спросил я.
— Ваш водитель случайно не Даниил Шумахеров?
Брови сами взмыли ко лбу.
— Давай, звезда, признавайся.
— Да, это я, — скромно улыбнулся Данила.
Жандарм неловко протянул блокнот и ручку.
— Могу я попросить у вас автограф?
Повисла неловкая пауза, и она длилась слишком долго, от чего я сам начал испытывать странное чувство. Боря бы называл его кринжом.
Наконец, Данила расписался и молча отдал блокнот.
