Автор
В Речном порту Токyo, где воздух напряженно дышится от предстоящих перемен, однажды ночью на таране прибыл фрегат с интригующим герцогским кафтаном. Петр Нахимов и Одэн вступают в непредвиденное путешествие, где каждое слово может быть последним. Глава XII "Я граф" — это драматическое приключение, где предательство тесно обжилось рядом с преданностью, а слезы стекались как ручьи по лицам героев, когда нарушается мир, в котором они жили....
Остальной отряд не понял, почему он остановился. Красная полосочка поползла по его шее, и голова отвалилась.
— Огонь! — приказал командир.
Все вскинули автоматы и прицелились в то место, где стоял странный незнакомец. Вот только там уже никого не было.
Через мгновение конечности солдат начали сами собой отваливаться.
Только опытный командир смекнул, что сражаться бессмысленно, и отпрыгнул к лестнице и устремился вниз.
— Куда же ты? — раздался голос за его спиной.
Обернувшись, командир бывшего отряда увидел, как по ступенькам спускается тот самый мужчина.
Когда же мужчина поправил перчатки, леопардовый командир заметил легкое поблескивание. Как будто от пальцев тянулись едва заметные нити.
— Отвали! — закричал он.
Но неизвестный мужчина в костюме дворецкого слегка двинул пальцем, и жизнь последнего бойца резко оборвалась.
* * *
Банкетный зал Токийского Императорского дворца.
— Химико! — в ужасе прокричала подруга той наглой особы, которая хотела ударить Кицуню.
Ее обступили подруги и начали охать.
Я же только прикрыл рот рукой, чтобы не рассмеяться. Мой верный лисенок очень точно выбрал траекторию атаки. Теперь у этой нахалки вместо шевелюры отличная лысина. Как у тех сорокалетних мужчин, которые отращивают себе волосатый венок, оставляя лысый островок надежды.
— Ты! Напал! Твоя псина! Ты сдохнешь! Ты сдохнешь! — смешно затрещала эта Химико.
Считаю ли я это перебором? Может, чуть-чуть и перебор. Все же она ничего такого сверхкриминального не сделала. Однако я не могу судить поступки Кицуни. Но как бы я отреагировал, если бы меня попыталась ударить здоровенная бабища? Именно такой она казалась Кицуне. Наверное, моя реакция была бы схожей."
"— Ты же сама без спросу потянула свои грязные руки к моему зверьку? — спокойно ответила Маша.
— Тебе хата, гайдзин! — зарычала слегка подпаленая девушка. — Мой отец тебя в порошок сотрет. Ты хоть знаешь, из какой я семьи?
— Не знаю, — честно призналась Маша. — Да я как-то не вникала в жизнь таких как ты.
— Обращайся ко мне на «вы»! — завизжала девушка.
И да, пока она истерила, вокруг нас образовалась толпа. Всем было любопытно, что произошло и откуда в крыше появилась дыра.
