Автор
Я хочу быть с тобой – это душевная история о молодом писателе, который решает перестать издалека наблюдать за жизнью других и начнет трансформировать свои чувства в строки. Постепенно он discovers, что только тогда может понять самого себя, когда сознает каждое мгновение своего проживания рядом с любимым человеком. В мире героев писателя изменились реалии, и его первоначальные идеи о жизни стремятся стать реальностью в романах....
Бывает же такое: и Андрюшка, и Алешка оказались в одной больнице! В одной палате! Он втянул голову в плечи. Наверное, и Алла с Валей были знакомы?
Он все еще смотрел на Алешу: Алла рассказывала, что у малыша психологическая травма, что он боится людей, общается только с Максимкой, а за все время, что она провела с ним в больнице, сказал ей только несколько слов. Но никакого страха у ребенка Вадим не заметил – Алеша с первого взгляда улыбался ему и сразу захотел поиграть…
– Алексей, – Борис Кузьмич торжественно отступил в сторону, и из-за его спины показался тщедушный молодой человек лет тридцати, в очках с толстыми стеклами, – к тебе пришли!
Вадим торопливо передвинул свой стул на прежнее место, к кровати Андрюши, и не отрываясь смотрел на мужчину, топтавшегося на пороге.
Алешка посетителя явно не узнавал: на его лице замерло выражение непонимания. Волнуясь, он теребил мышку Вадима, постепенно превращая ее в то, чем она и была на самом деле: мужской носовой платок.
Борис Кузьмич поискал глазами стул для посетителя, не нашел и, подойдя к постели ребенка, расправил одеяло рядом с его ногами.
– Присаживайтесь, – пригласил он.
Мужчина опасливо опустился на краешек кровати, опираясь не столько пятой точкой о койку, сколько ногами о пол.
– Здравствуй, Алешенька, – произнес он дрожащим голосом.
Ребенок молчал, словно набрал в рот воды.
– Ты меня не помнишь, – стесняясь присутствующих в палате, молодой человек перешел на шепот, – но мы с тобой давно знакомы. С твоего рождения.
Если бы Вадим не испытывал несколько дней подряд похожего страха, он бы сейчас даже не догадался, что именно этот неприятный тип пытается сказать мальчугану. Настолько неуместными и стыдливыми были его намеки.
– Моя фамилия Соколов, – наконец он сознался и замолчал.
Алешины губы надулись и задрожали, он опустил глаза, не желая смотреть на отца, и молчал как партизан.
– Скажите ему уже, что вы его папка, – не выдержал напряжения взволнованный Максимка: откинув одеяло, он сел на кровати, – что любите его!
Соколов с недоумением посмотрел на подростка, его взгляд даже не задержался на его лице, зато он намертво впился в пустую штанину спортивных брюк.
