И я обязательно научусь, - улыбаюсь - Вы извините меня, но я вспомнила, что мне надо срочно…позвонить своему директору.
-Конечно, Сая, - говорит мачеха, пока отец молча наблюдает за мной. Господи, ну почему у меня никогда не получается “покер фейс” в его присутствии.
Захожу в ванную и поворачиваю замок. Ставлю на столешницу, сумку, которую прихватила по пути, открываю ее и достаю телефон. Быстро включаю и проверяю звонки. Фархат звонил два раза. Настроение тут же поднимается, а по венам теплое молоко растекается.
Нажимаю на кнопку вызова и слушаю долгие гудки.
-Сая, - раздается в трубке.
-Любимый, - шепчу ему и сердце срывается с высоты. - Прости, я пропустила твои звонки. Телефон был в сумке.
-Ничего страшного, милая - я слышу, как он улыбается. Мне даже кажется, он едет в машине и прижимает смартфон к уху. - Ты еще с семьей?
-Да. Но думаю о тебе.
-Я тоже, малыш, - молчит пару секунд. - Мы сможем сегодня увидеться?
Смотрю на наручные часы. Сейчас семь тридцать. Час я еще смогу высидеть, не больше.
-Я буду дома в лучшем случае в девять, - тихо сообщаю ему, боясь, что кто-то услышит. Хотя кому взбредет голову подслушивать под дверью?
-Приеду к тебе, - не спрашивает, а предупреждает.
-Скину адрес."
"-Не надо, я знаю, - так и вижу его фирменную ухмылку, от которой дыхание замирает.
-Ах ну да, конечно, - хихикаю и смотрю на себя в зеркало. Вот теперь я похожа на саму себя. Ожидание встречи согревает, сердце трепещет и рвется к нему. Еще чуть–чуть и мы, наконец, увидимся.
Возвращаюсь в просторную гостиную и обнаруживаю, что все уже разделились по группам. Младшие дети уже проснулись и на руках у матерей, старшие смотрят мультфильм по телевизору. Дана что-то живо обсуждает с Аселей и Жибек. Знаю, что она сразу с ними подружилась, потому у них много общего: дети, вирусы и развивашки. Мира поддерживает разговор мамочек, ведь она педиатр и сама ведет всех внуков. Мужчины говорят о чем-то своем, а папа стоит у окна и разговаривает по телефону.
Он поворачивается и мы встречаемся взглядами. Какой же все-таки красивый у меня папа в пятьдесят восемь, хоть он выглядит моложе. Глаза у нас с Даной его - такие же голубые. Знаю, что многие считают его жестким, строгим, непреклонным, но с нами он другой. И я вспоминаю, как мама говорила, что с ним, как за каменной стеной. Как же она его любила! Я только сейчас по-настоящему ее понимаю, потому что сама люблю Фархата также безусловно и временами безрассудно.
