Явление невероятной измены на холостом ходу: тест для беременности показывает двойную схему — плюс и минус, вызывая колебание между надеждой и сомнением. В этот момент женщина не может решить, радоваться или скорее всего отчаиваться. Следующие дни станут ключевыми в истории, когда она столкнется с неожиданным предложением избранника о замужестве, вызывая первые сомнения и вопросы: что значит быть женой на фоне таких слухов?
Похоже, «Я хочу твоего мужа» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глаза огромные и в них явное облегчение:
— Пришла, наконец, — выдыхает.
У меня спазм внутренностей. Просто сводит все в судорогах. Не могу слышать его голос. Больно.
Скотина ты, Березин! Самая скотинистая скотина на свете! Как ты мог допустить все это? Неужели левая баба стоила моего разбитого сердца?
Я ничего не отвечаю на его слова. Молча разуваюсь, раздеваюсь и ухожу в ванную. Намываю руки так долго, будто готовлюсь к операции. Потом прохожу в комнату мимо Березина, замершего как истукан посреди коридора. Он неотрывно смотрит на меня, а я смотрю куда угодно, но только не на него. Закрываю дверь перед его носом.
Почему-то жду, что сейчас он ворвется в комнату, но этого не происходит. Слышу, как он мается снаружи, и задыхаюсь. Еще недавно я мечтала о том, что мы вместе состаримся, а теперь между нами пропасть, и от этого хочется удавиться.
Переодеваюсь и выхожу из комнаты.
Меня снова встречает измученный взгляд побитой собаки, и снова я прохожу мимо. Бреду на кухню, ставлю чайник. Аппетита нет совсем, но чертовски хочется чай с бергамотом, поэтому достаю кружку и одноразовый заварочный пакетик.
Пока вода греется отхожу к окну и таращусь на чернильное небо без единой звезды. Когда-то ночь казалась самым романтичным временем суток, теперь она просто черная. Романтика сдохла. Как и вера в хорошее.
— Кир, — его голос раздается неожиданно близко.
Я отвлеклась и пропустила тот момент, когда муж подошел со спины.
Не отвечаю. Я месяц пыталась с ним нормально поговорить, и неизменно наталкивалась на вранье и острые иглы, теперь слова закончились.
— Я тебе звонил.
Безразлично жму плечами. Ну звонил, и звонил. Что теперь? Прослезиться от умиления? Похвалить? Чего он от меня ждет?
— Где ты была все это время?
— Там, где нет тебя.
— Я ждал, — он хрипит, — поговорить…
Засвистевший чайник прерывает его монолог. Я разворачиваюсь и, не взглянув на мужа, протискиваюсь мимо. Случайно задеваю его плечом, и тут же простреливает до самых пяток, и сердце со всего маха налетает на ребра.
Дайте мне сил пережить все это.
Пока я наливаю чай, Березин молчит, но дышит тяжело. Грудная клетка поднимается и опадает при каждом надрывном вдохе, и я физически чувствую, как ему хреново, как его крутит, как шкалят эмоции. Все больше хочется заорать: ты доволен?! Оно того стоило?!
Уже с полной кружкой возвращаюсь обратно к окну. Делаю маленький глоток, морщусь. Слишком горячо, поэтому дую.
— Ну скажи хоть что-нибудь, — снова подает голос Леша.
