Такой чести он удостоился вот по какой причине:"
"— Сишахер-шмырамураш-ашбанзаш… является одним из трех претендентов на престол наравне с двумя моими сыновьями Ишкаршэ и Ашшуром, — словно между делом заметил Гроза Драконов, — так что советую к ним присмотреться, кто-то из них — следующий Гроза Драконов, с которым вам придется иметь дело в будущем.
Вся наша делегация уставилась на Ашшура, который попытался спрятаться за спину отца. Полагаю, что от направленного в его сторону гнева. Во всяком случае, с моей стороны. Кому понравится, когда его водят за нос. А я чувствовала себя именно так.
«Ну, Ашшур, ну погоди, ушастый ты звероящер! Останемся мы наедине, ух!» — крикнула я ему так, что он вздрогнул. Жалко, у меня огня драконьего нет. Испепелила бы! На месте! Без суда и следствия!
А пока присмотрелась к сопернику разделанной уже мною тушки дракона, которая еще пока была живая и виноватым взглядом косила в мою сторону из-за спины папочки-повелителя.
Сишахер смотрел на нас, как выражается в таких случаях Люся, которую задевает высокомерие эльфов, через губу. Словно его окружили противные насекомые, а он брезгует их даже отодвинуть со своего пути, только чтобы не дотрагиваться. Да уж, хорош претендент на место правителя драконов, если даже не умеет скрывать эмоции.
Дальше нам представили членов совета, старейшин, пожилых, я бы сказала, ну очень пожилых и мудрейших драконов.
Перед тем как провести нас в зал, в котором был накрыт званый обед в нашу честь, нам предстояло пройти описанный Ашшуром ритуал гостеприимства драконов — распитие драконьего огня.
Грозе Драконов поднесли большую чашу, по размерам с небольшую кастрюльку, в которой плескалась какая-то прозрачная жидкость. Повелитель дыхнул на нее струей пламени, как если бы надумал поджечь костерок в лесу или на лужайке для пикника, и по жидкости побежали язычки пламени, покрыв ее поверхность полностью.
Дракон, державший чашу, низко склонился в поклоне и, не поднимая головы, подошел к нам и протянул чашу крайнему. Кажется, это был какой-то королевский вельможа из дипломатического корпуса.
Он бросил на Ашшура испуганно-вопросительный взгляд. В нем читались те же эмоции, что и у меня, только тщательно скрываемые. А я же панически вопила про себя: что-о?.. Вот это надо как-то пить?.. Глотать огонь? Как?!
Ашшур ободряюще кивнул, и вельможа взял чашу у дракона, зажмурил глаза и поднес ее ко рту. Мы, затаив дыхание, наблюдали за процессом. Но ничего страшного не произошло. Вельможа сделал глоток и не опалил рот, не обжегся, как мы все опасались. Лишь глаза его маслено заблестели, и он расплылся в глупой расслабленной улыбке. Он передал чашу соседу, и та пошла по кругу.
Ашшур, оказавшись рядом, шепнул мне на ухо:
— Не советую. И не из-за огня, а из-за содержимого.