На нем сидела богиня в белом одеянии и рассматривала его со странным задумчивым выражением лица.
— Что я здесь делаю? Снова что-то напортачил?
— А ты как думаешь? — развела руками богиня.
Смотрела она на него как-то грустно и сочувственно. Ашшур попытался припомнить, что он опять сделал не так. Но последнее воспоминание было о том, как спешил спасти Фейку. Добрался до нее, а потом… все…
— Я что, умер? — не веря, спросил Ашшур.
Богиня не ответила, но ее взгляд сказал все.
— А Фея… — еле прошептал он. Участь избранной беспокоила его больше своей смерти. Ее он пока не осознал.
— С ней все нормально — поспешила ответить богиня, увидев его состояние. — Относительно, — поправилась она и взмахнула рукой.
В дымке возникшей пелены перед ними возникла картина: его бездыханное тело, раскинутое на камнях, и безутешно рыдающая и пытающаяся привести его в чувство избранная и сидящий рядом энжел.
Ашшуру стало больно за Фейку. Какие страдания он ей причинил. Бессильно раскинутое свое тело тоже не добавляло радости в общую картину.
— Что они делают? — поморщился дракон.
Богиня, уловив его страдания, убрала видение.
— Магии подвластно все, — загадочно процитировала она слова Досифеи.
— И что это значит? — не понял он. Сейчас ему не до загадок.
— Они пытаются тебя реанимировать.
— Реани… что? — не понял дракон.
— Воскресить, оживить, — пояснила богиня.
— О богиня, — закатил глаза дракон. Потом с надеждой спросил: — Это возможно?
Ему не хотелось зря надеяться, но, но…
— Не знаю, — пожала плечами богиня. — Иногда мои дети умеют удивлять. Ждем. Если получится, вернешься обратно. Если нет, за тобой придет мой муж — Ловец Смерти. А пока можем о чем-нибудь поговорить. Может, хочешь спросить о чем-нибудь? Сейчас самое время.
— Я узнал твои прикосновения, — сглотнув от волнения, сказал дракон. — Ты приходила ко мне в детстве, когда мне было плохо и я плакал, что мать не навещает меня. На меня опускалась дрема, и я чувствовал, как меня гладят по голове, и слышал колыбельную. Я не мог открыть глаза и посмотреть, кто это, но так хотелось думать, что это мать! А это была ты. Почему?
Богиня как-то смущенно улыбнулась и стала похожа на трогательную юную девочку."
"— У каждого есть свои слабости, — пожав плечами, ответила она. — Твоя мать была не права. Не будем ее судить, но я расскажу тебе одну древнюю историю. Все равно нам надо занять чем-то время. Как-то я рассердилась на одного напыщенного, высокомерного идиота, что обидел прекрасную девушку, которая любила его всей душой. И прокляла его, превратив в огромную чешуйчатую тушу, нечто среднее между ящерицей, змеей и птицей. И назвала это чудище драконом. А потом в пару подобрала ему такую же противную, высокомерную девицу. Так возник на Таларии род драконов.