Встреча Ирины с кошмаром в лице свекрови заставляет ее задуматься о предательстве и собственном самоуверении. Власть этой женщиной кажется неисчислимой, словно все страшилки из анекдотов сошлись воедино, чтобы создать воплощение злых свекровей. Ирина чувствует себя в ловушке ищущего ускользания Анны Викторовны, дабы она не портит вечер....
Ира берёт девочку на руки, та впивается в лицо жадным, ищущим взглядом, не находит чего-то важного, или наоборот, видит что-то не то, и начинает кричать. А порой – и колотить её по щекам маленькими, но сильными кулачками. Так, что синяки иногда остаются.
А временами Ира случайно выхватывала фигурку дочери не глазами, сердцем, и начинала неудержимо рыдать от нежности к ней, потому что это был её ребёнок, сладкий до малейшего миллиметрика кожи. Эти два состояния плохо соседствовали в голове Ирины, доводя её до безумия.
Что делать? Учиться жить с тем, что есть? Или пытаться разобраться? Как? В год и восемь сон Ульяны начал налаживаться. Она всё реже «путала день с ночью», и даже когда ей явно снилось что-то дурное, не просыпалась с плачем. Вошел в их обиход и полноценный дневной сон. У Иры появилось больше времени на себя и на работу. Вместо интернет-сообществ счастливых мамочек ей открылись совсем другие родительские излияния. Однажды, ругая сама себя и внутренне содрогаясь, набрала в поисковике запрос, которого сама боялась.
«Я боюсь своего ребенка» – вбила Ира в строку браузера. И пораженно застыла, глядя на огромное количество выданных результатов.
– Господи, женщины, – обратилась она вслух к авторам всех отображенных заголовков. – У меня дома чертовщина происходит. А вы-то чего боитесь?
Оказалось, большая часть статей была посвящена материнской ответственности, боязни что-то сделать не так, причинить вред хрупкому ребенку и выглядеть во всевидящих глазах общества плохой матерью.
Ирина погрузилась в чтение и чуть не забыла, что пора идти с дочкой на прогулку.
"В их новом дворе была недурная детская площадка, куда Ирина и Ульяна ходили каждый день. Всё-таки материнский минимум она выполняла. Другие мамы с детьми казались ей воплощением несбывшихся желаний, и оттого наблюдать за ними было больно. Ирина раньше всегда легко сходилась с людьми (Анна Викторовна не в счёт), но сейчас не особенно рвалась заводить новые знакомства.
