А глаза! В них стала кружиться такая круговерть! Потёрлась грудью о его. Слегка, едва-едва. Стоит… и ноги стоят, и Он тоже! Я рассмеялась довольно, снова поцелуй, снова ласка.
— Госпожа моя… Старшие иногда говорили об этом, — милашка моя! Снова покраснел, — О любви… Я не мог представить… Это так необыкновенно… так горячо…
— Нам бы одеться, — пробормотала я, ощущая страстные и обожающие взгляды Иссаэлла. Вызвала сумку. Та ещё что-то дожёвывала. Я с боем вытащила это что-то, оказавшееся коралловыми бусами Рыжей. Вот ведь поганка! Кышнула на неё, приказала больше не красть ничего. За это она обиделась и долго не хотела отдавать одежду. Увидев огонь в моей руке и бешеный взгляд, струхнула и выложила всё, что я требовала.
Как же хорошо, что сайны запихали большую часть своих вещей ко мне! Не думаю, что Иссаэллу подошли бы штаны Шарри или Ирнанна. Горгоны делают себе одежду непосредственно из своей чешуи, как и эмиссы. Русал растянул в руках изящные, узкие брюки Рана. М-м, я уже видела их на нём! Какая у него в них попа! И моему новому мужу они тоже пойдут! Зашла за спину Иссаэллу, ещё раз оценила всю прелесть его тела, даже погладила, вызвав судорожный вдох.
— Надевай! — показала, что и как. Потом дала рубашку. О-о! Как ему идёт изумрудный шёлк! Его чудные жемчужные волосы легли на ткань как драгоценность! Пропустила их сквозь пальцы, мой юный подопечный тянулся за моей лаской, закрывал глаза в истоме. Ещё раз поцелую, и уходим!
Оскальзываясь на камнях крутой тропы, мы ползли вверх, на возвышенность. Как я помню, берега здесь очень высокие, даже высоченные! Я рискнула сделать огонёк, чтобы видеть дорогу, но Иссаэлл попросил убрать его. Сказал, что я могу указать его врагам наше местоположение.
Мда, вот это экстрим! Лазить в горах днём — это одно, а вот ночью? Когда в море, то есть в океане буря, когда воет ветер… Чего это, кстати, вода так разбушевалась? Дилоос? Он из-за меня так гневается? Разве я виновата, что так получилось?"
"Уже практически одолев подъём, я рискнула оглянуться. На пляж в свете луны вышли огромные фигуры! С них постепенно сползал облик русалов с чёрными плавниками. Они огляделись, прошли вдоль линии прибоя. Не нашли юношу, стали сканировать скалы. Невидимость, невидимость, шептала я лихорадочно, уповая на разумность своей магии. Акулы постояли ещё и ушли. Ушли! Ура!! Вот не стоило так бурно радоваться! Оступилась и с визгом повисла на одной руке! Иссаэлл тут же оказался рядом, потянул вверх. Мы выбрались на землю, но акулы нас заметили и стали карабкаться за нами.
— Быстрее! Бежим! — тянула я с собою жемчужное чудо туда, где по амулету чувствовала своих. Добежим? Хоть попытаемся…
— Госпожа-а-а! Куда мы? — пропыхтел Иссаэлл.