Оглянулась и увидела усы у Рана! Длинные, мягкие! И ушки-и-и! Пока мы миловались и рассматривали лиса, остальные успели найти склеп и вернуться нас забрать.
— З-солотце! Нам нужна ваша помощь! — мы с Реллем указали друг на друга, — Вы оба должны это увидеть!
Склеп… как склеп! Высокие своды, тёмный камень на стенах. Теперь я понимаю, что он не везде, просто тонким слоем обложили всё по кругу. Здесь было гробов десять. Я подошла к крайнему. Сама крышка тоже с тёмным камнем, но не везде. Там, где лицо, было стекло. Здесь лежал мужчина постарше. Нет, его лицо тоже было молодо, но всё же было в нём что-то, выдающее возраст. То ли жёсткие складки в углах рта, то ли общее хмурое выражение лица, на веки застывшее на нём.
— Это и есть отец Фотоаса, милая! — подошёл ко мне Релль.
— А где? — я не решилась спросить про принца. Мой златоглазый кивнул вправо. Возле саркофага уже стояли все мои мужья. Тихо стояли, скорбно.
— Если не выйдет… Я проведу его! — сказал Ирнанн. Я не решалась подойти. Шарри дал мне сумку, та тут же заморгала, как крот, вылезший на свет.
— Я постараюсь… Дайте мне подойти! А лучше и вовсе оставьте нас, — наги кивнули и пошли к лестнице, Шарри за ними. Ран и Релль вопросительно заглянули мне в глаза, получили тот же ответ и двинулись к выходу. Ирнанн стал рядом, глаза бога смерти нашли мои.
— Я останусь, наэйни, ведь он может отойти в любой момент.
— Ладно. Но если я… — замялась, не зная, как сказать, что возможно должна буду применить самое сильное средство, а такое действо лучше проводить без свидетелей. Мой божественный муж улыбнулся, в секунду преодолел несчастные пару метров, нас разделяющую, впился в мои уста таким поцелуем, что я чуть в гроб его не утянула для собственно сакрального процесса.
— Делай, что хочешь… Это даже заводит, сладкая! — и его возбуждённая плоть тут же подтвердила его слова, горячо пульсируя у моего живота.
— Извращенец… — улыбнулась я в его губы, моя рука поползла за его ремень. Я нашла его… Ирнанн уже не сдерживался: развернул меня лицом к принцу, снял с меня штаны и вошёл весь и сразу! Бог смерти он и есть бог смерти! Любить свою женщину среди могил — самый кайф! От моих слов он ещё больше завёлся, камень скрипел и крошился под моими пальцами, а крик отразился эхом от стен.
На дрожащих ногах, кое-как натянув одежду и пригладив волосы, я подошла к сумке, небрежно выброшенной нами. Она обиженно вякнула что-то, я даже не особо удивилась, это же моя сумка! Цветок, защищённый магией, был жив и сейчас так благоухал, что в склепе тут же стало невероятно свежо!
Чтобы приготовить отвар, нужна вода и котелок! Но мы пойдём другим путём! Я сформировала шарик воды, поместила туда фронасс, вскипятила воду. Она приобрела приятный фиолетовый оттенок. Теперь я буду поить этим принца.