Жанр
В глубине России скрываются подлинные истории маньяков, о которых мало что известно общественности. Эта критически важная книга открывает доступ к щедротворным источникам, рассекая толщу забвения и освещая истинную жизнь российских маньяков. Редактирование под руководством Евгения Яблокова усиливает мощь рассказов о ненавистниках, а художественное оформление Юрия Буга придает произведениям особую силу и глубину....
Это вечером обычно происходило, в темноте. И мне предъявили три или четыре эпизода, по которым родственники написали ходатайство, что они не верят, что это я. Просили провести дополнительное расследование. Потому что там ни доказательств не было, ничего.
– Многие думают, что вы убили гораздо больше. По вашим подсчетам, сколько на самом деле было жертв?
– Я не считал, но даже меньше, чем мне предъявили. Потому что некоторые жертвы – проститутки. Люди видели, что она садилась в другую машину, описывали человека, с которым она садилась в машину, потом видели ее возле стоянки в этой же машине.
– А где вы знакомились с будущими жертвами? На улице, в ресторане, в кафе?
– Везде. Просто подходил и знакомился. Иногда они и сами подходили. Выпивали. Не было агрессии или чего-то. А потом… ну, не то чтобы провал в памяти. Туман такой, знаете.
– А когда вы приходили в себя – видели, что перед вами уже труп?
– Не то чтобы приходил в себя… Как это объяснить.
– Страшно не было?
– Мне? Почему?
– Совершили убийство!
– И опять не понял. А почему мне-то должно было быть страшно?
– Ну как же! Вы жизнь отобрали. Это ведь против и Божественной воли, и человеческой природы.
– Во-первых, против человеческой природы это никак не идет. Люди друг друга убивают и в прямом, и в переносном смысле. Телевизор посмотри́те.
– У вас была какая-то философия? Или, может, детская травма?
– Нет. Семья у меня нормальная, мама бухгалтер, папа строитель. Не били. Ну, отец выпивал, но я не считаю, что это стало причиной.
– А что стало? Психические отклонения?
– Ну…У всех есть хоть какие-то отклонения. Мне во время экспертизы целый список составили. Но там непонятно ничего. А меня признали в итоге вменяемым, и все.
Вы еще спросите традиционное: не били ли в школе, как учился…
Учился я средне. В институт поступал.
– А специальность какая?
– Никакая. Год отучился и бросил. Работал помощником генерального директора фирмы. Из-за этого в принципе и бросил вуз. Фирма занималась компьютерами.
– Совершали преступления, когда работали там?
– Нет, не там. Я потом уволился, сменил много разных работ. И водителем работал… (задумчиво).
Гражданская жена была, ребенок.
