Автор
В Я к тебе (не) вернусь — читатель оказывается на пороге холодной реальности, где любовь превращается в ужасающую правду. В каждой странице ощущение того, что всё может разрушиться мгновенно, заставляя героиню жить по часам, словно это ее последняя запись перед исчезновением....
Отрываюсь и иду в комнату, чувствую по пути, как ноги наваливаются тяжелой усталостью.
В спальни царит тишина и покой, только сладкое сопение Мии звучит словно бальзам на мою измученную душу. Я не решаюсь заглянуть к ней, чтобы не растревожить сон моей девочки. Достаю свой ночной халат, раздеваюсь, стягиваю белье и набрасываю на себя ночнушку.
Удивительно, ещё недавно я сгорала, метаясь в агонии, словно в каком-то кошмарном сне, а сейчас совершаю такие привычные, бытовые действия. Мне все ещё не верится, что все позади.
Раян возвращается из душа спустя несколько минут, на нем домашние штаны и повязка, закрывающая рану на животе. Я сглатываю, чувствуя себя отвратительно из-за того, что ему пришлось самому справляться со своей раной. Но его выражение говорит мне о том, что у него и мыслей об этом не было.
Раян подходит к кроватке и наклоняется, протягивает руку к Мие и мягко улыбается.
— Папина звёздочка, — ласково шепчет, оглаживая нашу спящую красавицу.
— Звёздочка? — удивляюсь я, растягивая губы в улыбке.
Раян переключает внимание на меня и кивает, на его лице ни одного намека на веселье.
— Да, которую ты мне подарила, — залезает под одеяло, обжигая теплом своего тела. — Хотя это задача мужчины, доставать для любимой женщины огромную звезду с неба, — притягивает меня к себе и целует в висок.
Я удобно устраиваюсь в его объятиях и качаю головой.
— Мне не нужна звезда. Мне достаточно тебя и нашей маленькой звёздочки, — поднимаю лицо и быстро клюю его в губы, но он придерживает мой подбородок, не позволяя опуститься.
Смотрит долго и внимательно, вдумчиво и пронзительно.
— Как ты смотришь на то, чтобы завести вторую звёздочку? — вдруг спрашивает он.
Я едва не давлюсь дыханием, но в последний момент затихаю, понимая, что этот вопрос серьезней, чем мне показалось. Я поражаюсь абсолютной готовности и желанию, что отражаются в его глазах.
— Поговорим об этом позже, — понижаю голос на один тон и сглатываю, отчего-то чувствуя быстрорастущий нервный шар в животе.
С губ Раяна слетает выдох и он резко дергает кадыком.
— Эвелин…
Я прикрываю его губы пальцем, не позволяя договорить."
"— И ещё, мы завтра обязательно поедем в больницу. И даже не спорь, — в горле создается ком, потому что я вижу, как на дне его глаз плескается глубокая вина и сожаление. Сердце сжимается, вопреки всему все ещё чувствуя эхо боли.
