Автор
Я потеряла контроль над собой. Мои чувства переполняют меня, заставляя делать то, что обычно не свойственно. Для меня она – весь мир, все что осталось после отчаяния. Только чтобы увидеть ее улыбку или услышать смех, я готов преодолевать даже ад. Она ставит меня на грань безумия, но мои страсти сильнее....
А потом и вовсе ушла из дома. Кочевала то у одних друзей, то у других. Пока не сошлась с отцом Стаси.
Алиса любила рассказывать о младшем брате. В ее голосе было столько восхищения и благоговения. Было видно, что она очень любит Егора. Хотя и не одобряет его боксерскую карьеру.
Но никогда Алиса не рассказывала о родителях. Ни слова. Стася просто знала, что они есть, и все. Мать – известная певица, отец – успешный актер. Но разговоров о них не было. Даже когда пришло известие об их гибели.
Стася тогда спросила, поедет ли Алиса на похороны.
И хотя за год, который Стася жила у Александры Михайловны, она часто слышала о родителях Алисы и Егора, ничего толком не понимала. А специально расспрашивать было неудобно.
Грустные мысли девочки прервал Гриша. Их шофер. Она как раз скатывала «голову» для снеговика.
– Привет, Насть.
– Привет, Гриша.
– Помочь? – шутливо спросил парень.
– Нет, это мой снеговик! И только я его буду лепить. Сделай себе своего.
Гриша рассмеялся.
– Какая же ты эгоистка, малявка. Даже снега тебе жалко.
Стася ответила не сразу, так как была занята самой важной частью работы – пыталась водрузить вылепленную голову на уже имеющуюся снежную конструкцию. Она пыхтела под тяжестью большого шара, но уперто не желала просить помощи.
Наконец ей удалось установить последний шар. Девочка отошла на пару шагов в сторону и довольно осмотрела «голого» снеговика.
– Не жалко. Вон бери с той кучи, – сказала она и качнула подбородком в сторону газона, куда парни Борисыча откинули снег.
– Э, так неинтересно. Я с тобой хотел, – не унимался Гриша.
– Ладно, так и быть, – смилостивилась девочка. – Можешь принести мне ведро для шапки. Только пластмассовое.
– Будет сделано, – продемонстрировав небывалый азарт, Гриша тут же побежал в сторону кладовки.
– А я пока за морковкой схожу, – задумчиво пробормотала Стася сама себе.
Через полчаса общими усилиями снеговик был закончен. Как же девочка радовалась, приплясывая около белоснежного чуда.
– Смотри, какой он добрый получился, – восторженно сказала она.
Гришка хохотнул на такое замечание девочки.
– И как ты это определила?
– Ну глянь же! У него лицо доброе! – настаивала Стася, удивляясь простодушному Грише.
– А! Ну да, – наконец согласился парень.
А Стаська вдруг стала серьезной.
– Гриш, а ведь это мой первый снеговик, – задумчиво протянула она."
"– Как это? – невольно спросил шофер. И сразу же понял, что вопрос глупый.
