Проснувшись днем, я понял, что это день следующего дня. За окном пылало солнце, а за дверью свежий запах мяса отговаривал меня от еды в саду. Этот городок Пограничья был напоминан каким-то обычным шумом и криками — будни обычной жизни на пороге приключений.
— Не теми ты сказками в детстве вдохновлялся, — хмыкнул я, считая, что тот же Дарт Вейдер здесь бы лучше справился.
Но шутки, шутками, а что конкретно делать было непонятно. Я посмотрел на свои руки, похлопал по карманам — всё куда-то пропало. Могли бы хоть одну гранату оставить. Но лучше, конечно, две. Я щёлкнул пальцами, очень сильно захотев создать огненный шар или шаровую молнию. Но ничего не произошло. Ладно, попробуем иначе: сложил пальцы в виде пистолета и начал выцеливать скакавшую мокрицу. Прицелился, повёл цель и прищурился даже, а потом громко сказал «бух» и подул на пальцы.
Подошёл поближе"
"Но это я уже так, из упрямства сделал. Уже на «бух» было понятно, что ничего здесь не работает. Но что тогда делать? Ни Кома, ни мокрица так и не обратили на меня внимания. Тогда я решил свалить, развернулся и, помогая локтями (всё-таки было смутное ощущение, что плыть в этой пустоте проще) двинулся подальше от драки. По ощущениям, прошёл метров пятнадцать, моргнул и снова оказался прямо за спиной у Комы.
Хреново. Я, конечно, могу долго не моргать. Какой-то йог во время медитации полтора часа продержался. Но что-то мне подсказывает, что дело не в моргании, а в свойствах пространства. Аж бесит. Не сам факт, что я сюда попал, а то, что не понимаю, как такое вообще возможно. Какой-то перенос сознания? Некий иной план бытия, на который способны переходит телепаты? Допустим, первое или второе, в принципе не столь важно. Важнее то, как мне хоть на что-нибудь повлиять?
— Ко-о-ма-а! — заорал я, набрав в грудь побольше воздуха.
Абонент — не абонент. Ни два коротких, одно протяжное. Ни ёжик, ни лошадка, ни прочий сочный и звонкий мат на трёх разных языках — все пропустили мимо ушей. Я подплыл поближе и отвесил пенделя сначала мокрице, а потом и подзатыльник Коме. Рука будто сквозь голограмму проскочила, ну или призрака с едва заметным сопротивлением и холодком. Словно вялая сушка для рук в общественном туалете — напор вроде бы и есть, а вроде бы и нет.
— Парни, я понимаю, что у вас здесь своя какая-то атмосфера… — я ещё несколько раз пнул упавшего передо мной рыцаря, а потом нахлестал по морде подскочившей мокрице.
Хер там плавал!
Только картинки в экранах ускорились. Разом пролетело лет тридцать, показав отчий дом Комы на фоне барабаном сменяющихся времён года. Дом разваливался, вокруг всё зарастало плющом и сорняками.
