Проснувшись днем, я понял, что это день следующего дня. За окном пылало солнце, а за дверью свежий запах мяса отговаривал меня от еды в саду. Этот городок Пограничья был напоминан каким-то обычным шумом и криками — будни обычной жизни на пороге приключений.
Но будем верить, что на Аркадию не хлам скинули, а, наоборот, распродали то, что когда-то отложили.
Собственно, всё. Но будь она даже розовая, я бы всё равно был доволен.
— Я верну, — сказал я, выгребая из ящика запасные магазины и пачки с патронами. — Пацанам купил, пацанам и подаришь. А мне потом адресочек этого магазина. Может, там, что ещё интересное от Бундесвера есть…
Свои опасения про доктора я не озвучивал, но мы всё равно считали, что времени мало. Поэтому даже без перерыва и без кормёжки, выехали в ночь.
Про вторую часть плана я голландцу не стал говорить, а первую поддержал горячо. Правда, потом как-то скис, занервничал и промямлил, что метка на мне ещё с момента, как я сидел на дереве в нашу условную первую встречу.
Я пустил за руль Деми, а сам принялся искать метку. Часа два на это потратил. Медитировал, концентрировался. Косился и вертел головой, будто вот сейчас резко обернусь и увижу призрачную стрелку, тыкающую в меня с неба. Следом мысленно разобрал себя чуть ли не на атомы. Может, даже какую-нибудь восточную философию выдумал с чакрами, узлами силы и блуждающей по телу энергией.
Чудно! Раз смог найти. Значит, и снять смогу. А с Датчем мы потом ещё поговорим. Обсудим его методы, чтобы книгу не забывали в библиотеку сдавать.
Менял картинку: то сам вглядывался в даль, то шакраса мучил, то бродяжку выпускал. И первую сигналку, как раз заметила стрекоза. В своём чёрно-белом спектре подсветила тонкую, но ярко-красную линию, натянутую вдоль съезда с более-менее раскатанного тракта, на проезжую дорогу. Очень хотелось изучить, как всё устроено, но мы её просто объехали.
Следующим отличился шакрас, заранее почувствовав блокпост.
