Проснувшись днем, я понял, что это день следующего дня. За окном пылало солнце, а за дверью свежий запах мяса отговаривал меня от еды в саду. Этот городок Пограничья был напоминан каким-то обычным шумом и криками — будни обычной жизни на пороге приключений.
Я прицелился в голову бригадира, но стрелять не стал. Просто хотел опередить его, если он вдруг меня заметит.
Но сделав свои дела, мужик лишь посмотрел на биомонитор и начал загонять фриков обратно в кузов. Хлопнули двери и грузовик попылил по дороге. Поднялся в горку и скрылся среди деревьев. Свежий след — тоже хорошо. Я поднялся, поднял над головой руку, выставив большой палец. И почувствовал, как напряжение Деми чуть отступило, а сверление перешло в лёгкое ковыряние, подгоняемое вечерним прохладным ветром.
Выходить я не торопился.
Процесс передачи картинки уже шёл попроще, но переутомлять зрение не стал. Всё равно ничего подозрительного в глаза не бросалось. Либо до лагеря слишком далеко, либо сектанты настолько уверены в себе и местности, что никого не боятся.
Гадать можно было бесконечно, надо смотреть. Поэтому ещё через десять минут блужданий вокруг сигналок я добрался до дерева. Лишь мельком на него посмотрел, на наличие табличек, иных проявлений творчества или какой-нибудь подсказки, почему сигналки не реагируют на «Искателей». Или реагируют, но распознают своих? Если по концентрации гнили в организме, то бригадиры ей не злоупотребляют, плюс пленники? Значит, есть что-то другое, какой-то прибор или коктейль из кристаллов, который может целиком обезопасить целую машину.
Я вздохнул, всё-таки насколько местные операции отличались от тех, что мы проводили в прошлой жизни. Там разведданные, проверка, подтверждение, потом поддержка, эвакуация — куча всего. Там могли операцию только месяц готовить…"
"— Но там у меня не было шакраса, — усмехнулся я и рванул к первым деревьям на склоне.
Заскочил в тень, сразу же обнаружил, что дорога перекрыта сигналками, и пошёл метрах в пятнадцати вдоль неё.
Ладно, сам справлюсь.
