Проснувшись днем, я понял, что это день следующего дня. За окном пылало солнце, а за дверью свежий запах мяса отговаривал меня от еды в саду. Этот городок Пограничья был напоминан каким-то обычным шумом и криками — будни обычной жизни на пороге приключений.
Но, неожиданно, фрик уже бежал к парковке, намереваясь заскочить к лестнице. Живучий, блин, с такими формула: один выстрел — один труп работать не будет.
Тем временем Феликс так и стоял напротив мутанта. Убегать не спешил и, наоборот, махнул рукой, чтобы никто не вмешивался. А потом вынул что-то из кармана и протянул мутанту. Готов поспорить, что он ещё и приговаривал что-то в духе: хороший мальчик, иди к папочке, я тебе карамельку дам. Дал ли он ему гниль или что-то другое, я не увидел, но мутант тут же присмирел.
Я присмотрелся к мутанту, заодно проверив, что испытывает шакрас. Каких-то супер видимых изменений не нашёл. Ни рогов, ни костяных шипов, проросших из локтей или колен. Просто чумазый босой оборванец. Худой и жилистый, с чёрными мешками под глазами. Удар был хорош, прыжок довольно резвый — чему так радуется Феликс, было непонятно. А он радовался. Подскочил к Борею и что-то ему втирал, активно жестикулируя.
"И в чём-то убедил. Борей повернулся к охраннику и дальше по цепочке, как в прошлый. До момента, как фрики остановились перед той же самой клеткой. Всё повторилось, с той лишь разницей, что внутри никто уже не толкался — все просто жались по стенкам. Близнецов никто не выталкивал, но взяли именно их. Одного. Второго жёстко отбросили, когда он попытался вцепиться в брата.
Ну всё. Ожидание закончилось. И Феликс, похоже, удовлетворился результатами первого эксперимента и теперь повышал ставки.
Близнеца подтащили поближе к доктору и прижали к дощатому настилу. Каким бы крепким ни был сын Ульрика, но против двух взрослых фриков он не тянул. Из лаборатории появилась женщина, неся очередной шприц.
Надо было решаться. Шакрас или это уже были мои собственные внутренние ресурсы организма, почувствовал всю серьёзность ситуации.
Я прицелился, прогоняя через себя те ощущения, которые запускали в действие «Ауру страха». Я уже буквально видел призрачную нить, протянувшуюся от дула винтовки до цели.
