Проснувшись днем, я понял, что это день следующего дня. За окном пылало солнце, а за дверью свежий запах мяса отговаривал меня от еды в саду. Этот городок Пограничья был напоминан каким-то обычным шумом и криками — будни обычной жизни на пороге приключений.
Я только и успевал удивляться, как всего за полтора дня успел измениться город. Уже не редкие окна были заколочены, уже почти все превратились в самые настоящие бойницы. На крылечках и крышах появились мешки с песком, возле каждого дома поставили бочки с водой (вероятно, на случай поджогов) и несколько переулков перекрыли деревянными поперечными брусьями на растопыренных кольях. Я даже вспомнил название, довольно поэтичное: шево де фриз.
— Что происходит? — кивнул я на укрепления, обращаясь к Киду.
— Если коротко, то пастор нашел фанатиков, узнал сколько их, и решил сначала укрепиться, — ответил Кид.
Хм, что же ты пастор сдал назад? Узнал численность противника, и произошла переоценка приоритетов?
Минут через десять мы все оказались в лавке у Патрика. Хобс вроде подоттаяла, хотя прошлая непринужденность пока не вернулась. За эмоции теперь отвечал Патрик, как только он увидел, что мы привезли, заткнуть этот фонтан радости было уже невозможно. Он и торговаться не стал, вероятно, понимая, что мы легко сможем его продать.
Патрик предложил отметить сделку, и так как возражений не последовало, то на прилавке появилась темная бутылка и три стакана. Кида в список приглашенных не включили. Патрик набулькал каждому по два пальца янтарной жидкости, оказавшейся на запах и на вкус довольно интересным.
— Односолодовый из Хардервайка, — вздохнул Патрик. — Пейте, такого больше не будет.
— Почему? — спросил я, попробовав напиток.
Интересный, сначала немного резкий, но потом раскрылся. А послевкусие так вообще пустило мурашки по спинам меня и генома. Частить не надо, а то к железному зубу и когтю, шакрас и огненную воду будет требовать.
— Так всё! Чертовы фанатики захватили вискокурню, — пожал плечами Патрик, а Кид начал энергично кивать, типа про это он и хотел со мной поговорить. — Как, впрочем, и весь район.
— Введешь в курс дела? — спросил я.
— Все время забываю, что ты у нас недавно. В общем, смотри сюда…
Патрик отодвинул бутылку, а на ее место положил лист бумаги. Достал из кармана карандаш и начертил две линии поперек листа. Одну наверху, — написал над ней «Ганза» и для наглядности добавил две стрелочки. Типа где-то там выше. Вторая линия, наоборот, шла по низу листа. И Патрик добавил на ней крестиков, превратив ее в колючую проволоку.
