Проснувшись днем, я понял, что это день следующего дня. За окном пылало солнце, а за дверью свежий запах мяса отговаривал меня от еды в саду. Этот городок Пограничья был напоминан каким-то обычным шумом и криками — будни обычной жизни на пороге приключений.
Меня больше смущал их главный — опять прилично-деловой в свободном костюмчике без воротничка. У него на лице была всего одна татуировка — перевёрнутый крест под глазом, и выглядел он вполне обычно.
Как, впрочем, и сами фанатики выглядели не такими уродами, как те, кто пришёл в больницу. Эти тоже были лысыми и с раскрашенными макушками. Возможно, это был пепел, а не краска. А глаза с носом, наоборот, были извазюканы углем. Какая-то смесь маскировочного грима и очередного таинственного символа. Тела были забиты татуировками, но каких-то особых язв или корост на коже я не увидел.
Хотел мысленно сказать: звери, а не люди. А потом понял, что таким сравнением настоящих зверей оскорбить могу.
Стреляли в одного из мужчин. Пока в ногу. И судя по крикам и поведению главаря, который для пыток руководил двумя амбалами, они что-то пытались узнать.
Я решил рискнуть и поторопился на самую ближайшую позицию. Триста метров, вполне подъёмная дистанция, чтобы бить в головную мишень.
Когда я оказался на позиции, крики усилились.
Чуть не сбился, насколько эти чувства были сильные. Мне будто нервы оголили и тыкали в них раскалёнными прутьями. Пришлось замереть и отдышаться, сбрасывая наваждение.
Ладно. Надо просто успеть сделать как можно больше, до того как они за мной кинутся."
"Навелся на центр вновь разворачивающейся трагедии, выбирая первую цель.
