Я спустился на два с небольшим метра и ступил на деревянный пол, покрытый стареньким и протёртым одноцветным ковром. Внутри было светло, до потолка, на котором висела длинная лампа, похожая на люминесцентную (такую, которая любит скрипеть и щёлкать) можно было дотянуться рукой. Даже не вытягивая её на всю длину. Комнатушка маленькая, вдоль стены ящики, но при этом такого чувства тесноты, как наверху, здесь не было.
Чистенькое и даже уютное подполье. Мне понравилось.
— Познакомься, это наш гость, — сказал Датч кому-то, кого я не смог сразу разглядеть за массивной тушей голландца.
Он, похоже, и сам это понял. Усмехнулся и, втянув живот, попытался проскочить вдоль ящиков. А на свет люминесцентной лампы выдвинулась молодая девушка. Где-то от двадцати до двадцати пяти, невысокая и стройная. Одета она была далеко не в платье, тут уже подключались атрибуты сурового подполья в суровом Приграничье ещё более суровой Аркадии. Ботинки — облегчённые «Коркораны мародёры», джинсы, рубашка (к счастью, с довольно откровенным вырезом) и короткая кожаная курточка.
Не знаю, почему я подумал, что к счастью. Может, это вообще шакрас так подумал. Но, соглашусь, вкус у шакраса точно был.
В глаза я тоже посмотрел. Озорные, с искоркой, прикрытые непослушной чёлкой. При этом виски были выбриты и волосы были довольно короткими, плюс веснушки. Почему-то вспомнилась история про лиса в курятнике, но я себя одёрнул. Всё-таки шакрас как-никак, но при этом вместо приветствия почему-то ляпнул:
— А ты тоже капибара?
— Вообще-то, такие вопросы девушкам задавать невежливо, — она недовольно поджала губы и с осуждением посмотрела на отца, типа кого ты к нам привёл. Датч, всё ещё прижатый к стене, лишь поднял большой палец. Тогда она перевела взгляд на меня. — Нет, но кусаться люблю.
— Деми — это Джордж, он временно с нами. Джордж — это Деми, и у неё майконг, в котором хитрой лисицы, больше, чем всего остального. Уверен, что вы поладите, — вмешался Датч и, уходя, дальше по коридору, прошептал: — Но это не точно…
Я улыбнулся, пытаясь вспомнить, кто такой майконг и чем там закончилась сказка про лису в курятнике. Деми тоже улыбнулась, и по мнению шакраса, было в этом что-то хищническое. Не родную душу, конечно, признал, но типа благосклонно принял.
— Пойдём, покажу тебе наше убежище. Только свет выключи, а то аккумулятор посадим раньше времени, — она показала на небольшой рубильник рядом с входом и, не дожидаясь, пошла за отцом.
Расстояния здесь были мизерные, Датч прошёл всего пару метров и остановился у дверного проёма. Заглядывал внутрь и вздыхал. Я выключил свет и догнал их, тоже заглянув внутрь. Маленькая комнатушка была оборудована под компактную больничку. Прямо на полу, на толстом матрасе, лежал мужчина, укрытый простыней.