В комнату хлынул свет, заставляя голову Лунина гудеть как будто она была залита молотком. Одиноко стоящий человек смотрел на него, ждал ответа — но ответить было трудно, словно язык превратился в твердую шерсть. Лунин медленно приподнялся и ощутил, как тяжелые веки наконец-то открылись, освещая палитру бесконечных догадок и неизвестностей перед ним....
Он, не переставая, дергался из стороны в сторону, норовя выскользнуть из рук или ударить Илюшу хвостом прямо по лицу. Кое-как сняв трофей с крючка, Илья положил карася в заранее заготовленный пакет с водой, а затем, не вытерпев, наклонился к лежащей на земле дедовой куртке и гордо выпалил:
— Я рыбу поймал! Гигантскую!
Куртка зашевелилась, из-под нее показалось заспанное, удивленное лицо.
— Покажи! — послышался недоверчивый голос.
Илья продемонстрировал открытый пакет.
— Сам поймал? — Голос все еще был полон сомнения.
— Сам! — почти хором подтвердили дед и Илья.
Куртка отлетела в сторону, и счастливый четырехлетний мальчуган забегал по берегу кругами, радостно выкрикивая:
— Ура! Илюшка рыбу поймал! Ура!
— Толик, ты же нам всех остальных распугаешь, — попытался было успокоить малыша Василий Захарович.
Укоризненно посмотрев на деда, не понимающего, какое грандиозное событие только что свершилось, Толик сделал еще два круга, оглашая окрестности своими громогласными воплями, затем подбежал к Илье и поцеловал его.
— Илюшка молодец! — провозгласил Толик, оборачиваясь к деду.
— Конечно, молодец, — согласился с улыбкой Василий Захарович, — наша порода, лунинская!
Другое воспоминание отделяли от первого всего два или три года. Это, конечно же, опять было лето, потому что в Старое Ясачное они ездили только летом. Какой именно был месяц, Лунин вспомнить не мог, но зато, как ни странно, он прекрасно помнил, что это был за день. Это был день рождения тети Тани. Уже немного подросший Илюша стоял посреди комнаты, и все собравшиеся в доме взрослые смотрели прямо на него.
Их совместное с братом выступление Илюше очень понравилось. Было необыкновенно приятно видеть и слышать, как стоящие вокруг люди выкрикивали одобрительные возгласы и хлопали в ладоши, а потом счастливая, раскрасневшаяся тетя Таня обняла и расцеловала их обоих.
Подойдя к подъезду, Лунин обернулся. Рокси семенила за ним, не отставая. Открыв дверь, Илья придержал створку, пропуская вперед болонку. Рокси благодарно тявкнула и метнулась к лифту.
