Вот читаю эти строки глубокого психолога, видевшего в нас суть человеческой души. Но мне эта любовь ко мне так и не пришла. Махать шашкой? Идти на трупы? Поднимать подол? Эти пути кажутся нереальными и надуманными. Теперь я понимаю, как важно найти правильный путь к сердцу своей единственной....
Зрачки медленно расширялись по мере узнавания. Я даже захихикала. Марат вышел из машины.
– Маруся, что ты сделала с собой?
– Ничего, так только перышки почистила.
Я села в машину. Марат молчал. Мне даже стало обидно.
– Тебе не нравиться?
– Я вот теперь боюсь тебя из дома выпускать, – ворча произнес он.
– ???
– Если я увижу возле тебя кого-нибудь, пеняй на себя. Шею сверну и все. Не тебе. Ему.
– Да кому ему то?
– Любому мужику, – рявкнул Марат.
Я удивленно посмотрела на Марата. С этой стороны я его видела впервые.
– Останови машину, пожалуйста, – попросила я.
– Тебе плохо?
– Останови пожалуйста.
Марат резко повернул направо, чуть не задев проезжающую машину и встал под знаком. Я отстегнула ремень, и перебралась к нему на колени, села лицом к нему, раскинув ноги."
"– Марат, послушай меня! Я старая беременная женщина, за мной никогда не вставали мужики в очередь. Я живу под одной крышей с самым красивым и сексуальным мужчиной во всем мире. Я тебя уверяю, я даже ни никого не смотрю.
Я чмокнула его в нос и быстро вернулась на свое место. Пристегнув ремень, сказала.
– Поехали!
Марат все это время сидел, переваривая услышанное. Медленно, однако, усмехнулась я.
Тут он неожиданно повернулся ко мне, отстегнул мой ремень, и посадил к себе на колени вновь. И мы так целовались! Забыли обо всем, пока кто-то не постучал в окно. Этим кто-то оказался ГИБДДшник. Марат бережно посадил меня обратно на сиденье и вышел к полицейскому.
На следующий день, я нарядилась, накрасилась. Марат, увидев меня в боевой готовности заявил:
– В таком виде ты никуда не пойдешь!
– Ты же сам вчера мне это все купил, – воскликнула я.
– Но я не думал, что ты в этом будешь так выглядеть.
– Как так?
– Вот я, глядя на тебя, хочу сразу затащить тебя в постель и не выпускать оттуда целую неделю.
Я хотела улыбнуться, но не посмела. Что ты, мужская гордость же будет задета.
– Марат, я тебя люблю, – и потянулась к нему, роста конечно мне не хватило дотянуться до его губ. Я, бормоча под нос по поводу своего роста, пошла на кухню за табуреткой. Поставила ее перед Маратом, взобралась, обняла и чмокнула его в нос. Марат блаженно улыбался.
Глава 17
Встреча на мой взгляд прошла чудесно.
