Автор
Глава 1. Врач скривился, говоря о страшных диагнозах, а я подумала, как жестоко комментирует он мою неприятную боль. Тем не менее, глиобластома — это серьезно, и я готова к встрече с новыми мужьями и их любовницами, которые обязательно появятся в жизни после такого обнаружения....
"Глава 1
Глава 1.
Настоящий оптимист — это когда на надгробии написано: «Всем — чмоки. Увидимся!»
Именно об этом я подумала, когда услышала гребанный диагноз больше напоминающий забористый мат. А ведь у меня просто болела голова. Да, часто. Да, неприятно. Но…
— Можете повторить? — пробормотала я, уставившись на доктора.
— У вас глиобластома. Многоочаговая глиобластома. Головокружение и головные боли у вас из-за нее. Больше я смогу сказать только после биопсии, но доступ к очагам сильно затруднен.
— Ясно… — кивнула я. — И это, — я махнула рукой на снимок моего мозга, — лечится?
— Конечно, — кивнул с готовностью пожилой врач, а после неловко кашлянул, глянув на меня поверх очков. — Вот только…
— Что?
— Как я уже сказал, доступ к очагам сильно затруднен…
— Сколько мне осталось? — потерев пальцами переносицу, устало пробормотала я.
— Месяц, — выпалил мужчина, поджимая губы. — Но если вы пройдете комплекс лечения, включающий в себя химиотерапию, лучевую терапию…
— Я смогу полностью избавится от этой… бластомы? — некультурно перебив мужчину на полуслове, совершенно спокойно поинтересовалась я.
— Нет, но у вас будет полгода или даже год…
Хмыкнув себе под нос, я широко улыбнулась, стараясь попросту не рассмеяться. Да это же просто шутка века! Я, без какого-то вообще умысла, просто прошла провериться и понять, не скачет ли у меня давление. Как-никак недавно мне стукнуло двадцать восемь. Уже, казалось бы, не девочка, но и женщиной меня трудно назвать.
— Может, валерьянки? — участливо поинтересовался доктор.
— Нет, спасибо, — мотнула я головой.
Задумавшись на несколько секунд, я окинула взглядом кабинет врача, немного скривившись от едкого запаха лекарств. Выхода у меня было только два. Или согласиться на лечение и, как я понимаю, провести эти полгода — год, если повезет, в больнице. Или насладиться своими оставшимися тридцатью днями не выкидывая на ветер неопределенную, но явно не маленькую, суму денег и сделать хоть что-то для себя.
А что? Что я видела в свои-то двадцать восемь?
Родилась, училась, работала и наконец-то открыла свою маленькую кофейню. Все время куда-то бежала, куда-то спешила, а толку? Впрочем, я всегда была оптимисткой. Мой стакан никогда не был наполовину пуст.
— Выпишите мне, пожалуйста, обезболивающие, — решив все для себя, с улыбкой попросила я.
— Вы отказываетесь от лечения? — пораженно уставился на меня доктор.
