В романовском лунном свете, девушка с нежными светлыми волосами и выразительными голубыми глазами скрывает слезы. Её умоляющий вздох будит чарующую магию, в воздухе повисает тонкий аромат розового ландыша, и кажется, что сама ночь прислушивается к её грусти.
В королевской канцелярии почесали затылки, потерли лбы, повспоминали сквозь зубы всех предков короля до семнадцатого колена, и отправились по провинциям в поисках девиц. Нашли девятерых непризнанных, пятерых признанных, и со вздохом облегчения спихнули дело в ректорат академии.
Вот такую трогательную историю непростых семейных отношений поведал нам ректор АКБ. По не проверенным слухам, лорд Вайзер-таль приходился королю дядей не то по материнской, не то по отцовской линии. А то и вовсе — скольки-тоюродным дедушкой.
Мы заседали в кабинете ректора вот уже битых три часа, и за это время не приняли ни одного решения.
— Это совершенно невозможно! — с плохо скрываемым восторгом заявил высокий, широкоплечий, моложавый мужчина с орлиным носом и легкой безуминкой в черных очах. Как водится среди ученой братии, ректор тут же забыл о назревающих проблемах АКБ, ринувшись едва ли не с лупой и скальпелем обследовать мою скромную, все еще нетвердо стоящую на ногах, персону.
— Стыдитесь, Учитель! — попеняла я. — У вас на подходе драма с элементами трагикомедии, а вы ручки куда не надо тянете!
— А почему трагикомедии-то? — скептически выгнул темную бровь ректор. — Программы у нас отработаны, будем обучать на общих основаниях.
— Это вы ДЕВУШЕК собрались на общих основаниях обучать?! — не поверила я. — Вот тех самых — в кринолинах, на шпильках, с брульянтами на перстах и с откормленными тараканами в хорошеньких головках?!"
"— А чего?! — в четыре глаза уставились на меня оппоненты. — Платья снимем, бриллианты пусть в сейф спрячут.
— А тараканов вы как давить собираетесь? Заключением в карцере? Так они в темноте и в сырости размножаются с ужасающей скоростью.
