Внутри уютной темной пещеры, мягкое тепло нежно обнимает вас, а снаружи мир выглядит будничным и далеким. Губы сами приходят к источнику сладости, и язык нежно исследует ротик, скрытый за гладкой щечкой. Но здесь есть тайны — жалобные стоны и неожиданные открытия.
Все же в украшениях и отделке чувствовалась женская рука - кованые подставки под факелы были чистыми, ниже на специальных завитках висели масляные лампы, видимо как позднее добавление, не умаляющее исторических деталей интерьера. Пол покрывали простые камышовые циновки, но достаточно свежие, чтобы приятно похрустывать и проминаться под ногами. Витражи и несколько гобеленов тоже заставили меня задержаться, хотя за окном уже была ночь.
Кухню я опять нашла по запаху. Она располагалась в отдельном здании - туда вел длинный коридор, чтобы дым и чад не проникали в главный зал, аромат еды вызвал слюноотделение и привел меня, как бычка за веревочку.
- Что вам угодно, леди?
- Здравствуйте, меня зовут Маргарита, мне не спалось, и я решила выпить чаю и что-нибудь испечь, можно?
Женщина немного странно на меня посмотрела:
- Конечно, леди, сначала чаю?
- Да, пожалуйста.
Меня проводили к столику у окна, красиво накрытому и уставленному чайными парами. Я скромно присела на стул, в соседнее монументальное кресло опустилась хозяйка кухни, на другие стулья, словно птички, присели ее помощницы. Сначала все делали вид, что пьют чай, и внимательно меня разглядывали. Наконец, старшая прервала молчание:
- Скажите, леди, вы наша новая герцогиня?
- Да, - спокойно ответила я, делая маленький глоточек из чашки.
- И неужели здоровье нашего герцога так сильно пострадало в его путешествии?
- Не так все страшно, если поблизости есть Травник.
Лаконично ответила я, а что еще скажешь? Ронять авторитет герцога нехорошо, но и говорить правду нельзя, враги должны быть уверены, что Вран слаб, и его легко одолеть, иначе противников придется вылавливать по всему герцогству, а времени на это нет.
- А вы Травница? - с интересом спросила худощавая рыженькая вострушка, отрываясь от пышной булки с маком.
- Да, так что если есть нужда - обращайтесь, думаю, завтра спрошу у герцога, в какой комнате можно устроить лазарет и буду принимать больных.
Женщины зашушукались, вспоминая о своих болячках, а я склонилась к старшей поварихе и спросила:
- Как вас можно называть, госпожа?
Та удивленно на меня покосилась и представилась:
- Меня зовут Карлиэсилэ, миледи, но близкие зовут меня Карлиэ.
- Спасибо, Карлиэ, можно я буду вас так называть?
- Конечно, миледи.
