Внутри уютной темной пещеры, мягкое тепло нежно обнимает вас, а снаружи мир выглядит будничным и далеким. Губы сами приходят к источнику сладости, и язык нежно исследует ротик, скрытый за гладкой щечкой. Но здесь есть тайны — жалобные стоны и неожиданные открытия.
Задумавшись, сидела тихо, и вдруг двуколку резко тряхнуло на подвернувшемся булыжнике, я улетела назад и запуталась в теплом плаще, а коляска вдруг понеслась с криками и посвистом. Пока треклятый капюшон удалось скинуть с глаз, а потом подняться на неширокое сиденье, с которого я во время всей этой катавасии сползла, двуколка уже въехала во двор замка, причем не к конюшне, а прямо к крыльцу. Стоящий на крылечке гвардеец спал с лица и что-то громко закричал, очень неразборчиво - у меня от скорости и ветра уши заложило.
- Вран! Что ты делаешь, больно!
- Где, где больно?
- Да везде, я с сидения свалилась, прямо на аптечку, теперь сидеть больно, - жалобно протянула я, пытаясь догадаться, чего ж еще натворила?"
"Герцог потер лицо и, шагнув мне за спину, выдернул из плотного кожаного верха двуколки стрелу.
Вран
В этот вечер, проклиная все, герцог забросил все дела и занимался только женой. Усадил ее, испуганно таращившую глаза, в глубокое кресло и укутал мягким одеялом.
- Стрелял наемник Чужой крови.
Эти слова заставили Врана прижать Риту еще крепче. Но голова работала так же четко как всегда - покушение Чужой крови, на кого покушались, на герцогиню эт Верис, или на ученицу Верховной Хранительницы? Оставив Маргариту заботам камеристки, герцог собрал верных людей на совещание. Бывший адепт высказал свои подозрения: в землях герцога есть неучтенное гнездо Чужой крови.
