Внутри уютной темной пещеры, мягкое тепло нежно обнимает вас, а снаружи мир выглядит будничным и далеким. Губы сами приходят к источнику сладости, и язык нежно исследует ротик, скрытый за гладкой щечкой. Но здесь есть тайны — жалобные стоны и неожиданные открытия.
Кости стекли вниз, как желе, я просто висела, облепив Врана, как водоросли морской камень. Руки блуждали в его волосах, растрепав тщательно выплетенную косу. Ноги сжимали его бедра, и если бы не довольно узкая мантия я бы точно скрестила лодыжки у него за спиной. Через пару минут совершенно ошеломительного поцелуя Вран меня отпустил, одернул мантию, посмотрел с каким-то страхом и сожалением на мой рот и ушел, бросив на прощание:
- Отъезд послезавтра, через час идем на рынок, закупить необходимое в дорогу.
Я буквально стекла по стене, ноги не держали, губы ныли, нижняя даже лопнула и слегка кровоточила.
Вран
Вран, едва сдерживая гнев, шел по коридору. Полы распахнутого, словно в удушье, камзола отлетали в сторону, меч бил по бедру, но он не замечал неудобства. Как он мог! Как она могла! Хотя надо признать, ее губы были так соблазнительны, так манили своей свежестью и наивностью, а уж когда между ними мелькнул розовый кончик язычка, голову снесло начисто! Но он ведь не грубое животное! У нее было такое растерянное лицо, и кровь размазалась у рта из лопнувшей губы, и такие огромные глаза, в которых можно было утонуть.
- Ваши Высочества, я слышал объявление об отправке меня в родовое поместье, позвольте мне поехать одному.
- Нет, - хором выпалили принцы.
- Почему? Леди Маргарита, конечно, тоже нуждается в поправке здоровья, особенно после сегодняшнего покушения, но у нее, кажется, есть свое поместье?
Принцы опять обменялись телепатическими взглядами и вперед выступил старший:
- Все дело в том, герцог, - выделил он голосом титул, - что у нас есть поручение, которое можете выполнить только вы и только с госпожой эт Солариэсс.
Вран недоуменно посмотрел на принца, бывшего ему едва ли не ближе родного отца, его 'Нас' прозвучало поистине с большой буквы.
