Внутри уютной темной пещеры, мягкое тепло нежно обнимает вас, а снаружи мир выглядит будничным и далеким. Губы сами приходят к источнику сладости, и язык нежно исследует ротик, скрытый за гладкой щечкой. Но здесь есть тайны — жалобные стоны и неожиданные открытия.
Поклонившись, указали конюшню, трапезную и покои для благородных. Одна из женщин пошла провожать нас с Ситтариэ, вторая повела мужчин к очагу и горячей пище. Еще в пути Вран попросил помочь раненым, лежащим в коконах на лошадиных спинах, и мы быстренько поели и умылись, пока наемники понесли своих друзей в баню. Потом переоделись: скинули теплые кафтаны и юбки, оставшись в удобных шальварах и рубашках. Ситтариэ уже достала из повозки мой новый саквояж, который я обозвала 'аптечкой'. Еще мы повязали волосы простыми косынками и отправились к комнате, приготовленной хозяином для южан.
- Я иду с вами, миледи.
- Хорошо, милорд, возможно, нам понадобится ваша помощь.
- И я очень прошу вас быть осторожной, миледи, мы совсем не знаем этих людей, и что привело их сюда.
Я лишь молча наклонила голову, когда Вран выпускал на волю герцога, перечить ему было бесполезно. К тому же я понимала, что он заботится обо мне, считая своей собственностью, и как-то от этих мыслей становилось приятно.
В молчании мы шли по коридору, вдруг дверь прямо передо мной резко отворилась, я и не заметила, как отлетела к стене, а Вран уже стоял с мечом наизготовку. В проеме показалась дама, несомненно, знатная леди в темно-вишневом платье, с изысканно уложенными черными волосами. Увидев герцога с мечом в руке, она отшатнулась и поднесла руку к губам, готовясь закричать. К счастью, Ситтариэ не растерялась и, присев в книксене, громко заговорила:
- Простите, леди, вы немного напугали нас, а мы немного напугали вас.
- Ннничего страшного, - пробормотала дама и проводила нас долгим взглядом.
Топчаны уже стояли стопкой в углу, рядом лежали одеяла и простыни, небольшие подушки набитые жестким пером и кувшины с горячим взваром. Переглянувшись, мы принялись заправлять топчаны. Едва управились с ними и все, красные и вспотевшие, присели на краешки, как появился первый южанин в нижних портках и рубахе с совсем миниатюрной девушкой на руках. Оглядев расставленные парами топчаны, выбрал один и уложил свою ношу.
- Я Травница, давайте я ее осмотрю. - Южанин посторонился. - Что с нею было?
- Ее били, - с сильным акцентом произнес мужчина, - сильно били и не кормили, и еще... - На его щеках выступил румянец.
- Понятно, - вздохнула я.
Ох и везет мне последнее время на гинекологию!"
"Осторожно отогнув простыню, стала осматривать, начиная с ног: синяки, подсохшие царапины, кое-где кожа просто содрана пятерней, как граблями.
