Жизнь обычного человека перевернулась в мгновение удара: смерть накрыла все его стремления — учеба, карьера и деньги. Теперь он осознает безнадёжность ситуации, когда уже не осталось места для жалости или уступок боли. Внезапно прозвучавший шорох заставляет медленно повернуться в сторону — и вот он, пугающий гул, который никуда не исчезает....
Всю ночь не спала, глуша кофе и поглядывая на телефон. При звуке открываемой двери, сердце екнуло. Десять утра. Ползу на звук. Савелия покачивает, он держится за стену. Я просто стою и смотрю на него. Поднимает глаза… А там… Сползаю на пол и начинаю всхлипывать.
— Прости, прости меня, любимая! Я не знаю, как так получилось, — ему трудно говорить. — Выпил всего ничего, а проснулся…
— У Анны, — заканчиваю его речь.
— Я бы никогда! — хватается за голову.
— Видела видео, где вы обжимались. Потом звонила тебе, трубку взяла она и сказала, что вы сильно заняты! — почти кричу.
— Почему ты не послал ее сразу? Почему? — подползаю ближе, пытаясь поймать его взгляд.
— Не знаю, — говорит тихо.
— У вас было, да? — поднимаю его подбородок. — На меня смотрррри!
В его глазах плещется коньяк и ужас. Ему дико страшно и настолько же мучительно плохо.
— Савелий, а как же: ""я никогда не причиню тебе боли""?
— Прости меня! — вскрикивает с надрывом. — Эта дрянь мне что-то подсыпала. Не мог я, в здравом уме такое сделать!
— Я подумаю, — механически киваю, как болванчик.
Стадия принятия наступила как-то сразу. Остался вопрос: что с этим теперь делать? В прихожей сидят, на полу, два близких человека и боятся посмотреть правде в глаза. Маргарита никогда бы не простила. Перешагнула и пошла дальше. Речь ведь не о том, под чем он был, когда допустил подобное. Он допустил эту ситуацию сам, подпустив к себе бывшую близко.
— Ложись спать, Савелий, — встаю, собирая себя с пола.
— А ты? — пытается протянуть ко мне руку.
— Я с тобой. Просто, спать… И в душ сходи, — оборачиваюсь.
64. Полет нормальный
От напряжения тошнит. Смотрю, как Савва просыпается, моргая и трет глаза. Поворачивает голову и улыбается мне. Реалии жизни врываются и бьют его молотом. Муж вспоминает все. Гримаса пересекает его лицо.
Встаю, накинув халат.
— Ты куда? — хриплый голос.
— Кофе сделаю, — поворачиваюсь. — Савелий, вставай, у тебя куча дел, — голос спокоен.
Работа мысли видна на лице мужа.
— Едешь в лабораторию, сдавать кровь, — сообщаю, какие у него ""важные"" планы.
— А ты? — не нравятся мне эти просящие нотки.
— Я к Шатровой. Сегодня выходной. По магазинам пройдемся.
Кофе пьем в полной тишине. Я листаю ленту новостей на телефоне. Савелий рассматривает меня.
— Может посуду побьешь, поорешь на меня… Убивает твое безразличие. Риииит, — поднимаю на него глаза.
Кофе кажется горьким, хотя сделала, как обычно: с сахаром и сливками. Почти сутки без сна, а у меня — ни в одном глазу.
