Автор
Как трудно расставить все по своим местам — любовь и обиды, комплексы и вины. Здесь каждое слово может стать крахом взаимопонимания, а каждый шаг может превратиться в гвоздь в сердце любимого человека. И как потом жаль все то, что должно было быть светлым и радостным — когда кажется, любовь — это только враг....
В результате твоей чудо-процедуры сплошные разрывы сосудов, - потом догоняет, что я ещё сказала, - твою мать, так он тогда жалобу накатает в Депздрав и факты приложит, картинок достаточно наберётся!
- Пускай, мне уже не важно, я заявление написала, сейчас закончу тут и главному отнесу.
- При чём тут ты? Жалоба на весь санаторий! И что тебя допустили к проведению процедуры незаконно!
- И что ты назначил её по липовым показаниям, - продолжаю, а у Круглова вытягивается лицо,
- Он очень просил… Что я не человек, что ли?
- Ну так и я не убийца! Персонально обласкала! Остальные же все живы и довольны?
- Да вроде никто не жаловался…
- Ну вот и иди, Александр Иванович, жалей своего дружка сам…
* * *К концу приёма, когда уже встаю со стула, чтобы уйти, снова Круглов,
- Инна! Скорую надо вызывать Стрельцову!
- Что с ним?! – ноги подкашиваются, плюхаюсь назад.
- Так он башкой-то об кафель стукнулся, я думал, обойдётся шишкой, а не обошлось!..
Господи! За что?! Почему я всё время вынуждена делать нелёгкий выбор между желанием убить и спасти любой ценой одного человека? Он уже так меня извёл, так измочалил мою душу, мои нервы!"
"Сегодня утром издевался надо мной, а сейчас собрался помирать! Как тогда на вахте: сначала шлёндрой обзывал и за грудки тряс, а на следующий день уже я над ним тряслась! Если с ним что-то серьёзное, если умрёт, я не переживу! Мне же никто не нужен, кроме него! Я же только его одного люблю! Безумно люблю своего врага – Игоря Стрельцова и не могу с ним никак покончить! Простить его не могу и проститься тоже не в силах!.
Стою перед дверью в его номер. Круглов вдогонку успел сказать, где его люкс, чтобы на рецепшене время не теряла.
Постучаться? А смысл? Может он уже без сознания? Надо срочно скорую, если внутричерепная травма или кровотечение, каждая минута дорога!
Влетаю…
Принц Датский лежит на своём королевском ложе ногу на ногу в махровом халате, с круглой резиновой грелкой для льда на голове.
- Привет, - говорю, чисто в разведывательных целях.
- Ха! – хмыкает удивлённо, - какими судьбами?
- Круглов сказал, что ты при смерти, скорую вызывать собрался!
- Себе что ли? Он тут руки так заламывал, что пропадай его карьера, если я жалобу напишу. Реально могло ему заплохеть.
- А не напишешь? – подхожу поближе. Поглядеть бы ещё, что там у него с головой.
