Автор
Как трудно расставить все по своим местам — любовь и обиды, комплексы и вины. Здесь каждое слово может стать крахом взаимопонимания, а каждый шаг может превратиться в гвоздь в сердце любимого человека. И как потом жаль все то, что должно было быть светлым и радостным — когда кажется, любовь — это только враг....
Там, среди разрухи и ремонта, устраиваем вечер встречи выпускников летнего лагеря «Огонёк». Разложив самобранку из сырной и колбасной нарезок, купленных, чтобы не готовить, в попавшемся на нашем пути супермаркете, бутылки белой полусладкой «Риохи»,
- А, чего кислятиной травиться? Ещё язву наживёшь! – заявляет подруга, и большущей грозди винограда, мы говорим по душам.
- Ну, как ты? Где ты? Я помню, ты уезжала! – пытаю старую знакомую.
- Уезжала, - подтверждает, - но вернулась. Я ещё и замуж выходила, но мне там не понравилось, и тоже вернулась!
- Козёл попался? – уточняю чисто из вежливости, я ж никого из её парней и мужчин никогда не видела, за исключением Стрельцова, но это было давно и неправда, и вообще не всерьёз.
- Скорее, придурок! – смеётся, - прикинь, он на мне женился из мести!
- Обидно, однако, - оказывается у такой оптимистичной Викуси тоже не райская жизнь, а кому мстил?
- Бывшей! Типа она увидит, что такого ценного мужика увели, и обольётся слезьми. Его план сработал… наполовину: увидела, само-собой, ну и поманила пальчиком, ещё та собака на сене.
- К бывшей пошёл?
- Поскакал горделивым козликом. А она не приняла! Вот за это я бы ей руку пожала даже: «Спасибо, подруга, что сохранила мои бесценные годы, которые я чуть не потратила на урода»! Да ещё и рылом ткнула его в говно!
- Я бы тоже пожала!
- А он, прикинь, до чего мелочным оказался? Собрал все подарки, что нам подарили на свадьбу, те что сам мне дарил и даже… вибратор! – тут она хохочет, а я реально туплю,
- А на кой ему вибратор, стесняюсь спросить?
- Я тоже стесняюсь, - Вике весело и она, представив себе что-то, прыскает снова, - коктейли взбивать, наверное!
- В каком месте?
- Я - технарь, это ты у нас по анатомической части, вот и подумай! – нам весело, пьём вино, смеёмся над мужиками.
Потом переходим к разбору моих полётов. Рассказываю про буровую, про то, как спасала там одного урода, а он меня бросил. Ковалёва искренне изумлена, что моя детская болезнь умудрилась перерасти в хроническую форму,
- Я уж даже не помню, как тот Игоряша выглядел, а ты всё сохнешь.
- Хрен знает, как так вышло. Я не нарочно, оно само. Я не нарываюсь, но мы всё время сталкиваемся.
