Пиликнул вайбер, Никита посмотрел на экран, и губы поползли в невольной улыбке. Это было сообщение от Данилы: «Я сегодня на физике всех уделал! Спасибо, Никита, это благодаря тебе!»
И снимок тетрадного листа с задачей и нарисованным внизу смайликом. Никита сообразил, что Данька слишком мал, оценки им еще не ставят, а смайлик, видимо, означает высокий балл.
— Вот и он, легок на помине! Говорю тебе, мы подружимся, — подмигнул приятелю, а сам испытал непонятную радость от этого бесхитростного сообщения. Семаргин снова моргнул.
— У тебя что, есть его номер?
— Не было. Теперь есть, — ответил Никита, сохраняя контакт. — А мой он, скорее всего, попросил у матери. Вот такая она безрассудная материнская любовь.
Но Димыч продолжал смотреть с непонятной тревогой, у него всегда интуиция работала безотказно.
— Не нравится мне эта затея, Никитка.
Никита вздохнул и попытался успокоить Семаргина:
— Послушай, все будет хорошо. Я просто ее трахну, ты запишешь это на камеру, и все. А если она еще намордник свой снимет, считай мы сорвем джек-пот, вот скажи, как долго она будет выбирать, слиться с тендера или слиться в порно-хаб?
— А если не даст? — Димка смотрел на Елагина с сомнением.
— Если не даст, значит мне пора тюнинговаться. В любом случае я в выигрыше, Димыч, не выгорит с Фон-Россельшей, так хоть будет чем себя занять на ближайшее время. Давай, жуй, чего замер как памятник? Твое здоровье! — Никита салютнул бокалом и одним глотком допил виски.
Никита не стал задерживать друга, он и так позволил себе понаглеть, утащив Димыча от семьи, зная, как тот любит свою Светку и их малышню. Не стал искушать судьбу и садиться за руль выпившим, а позволил Семаргину вызвать сотрудника, который развез их по домам. Если бы сам вел машину, с удовольствием прокатился бы по ночному городу, а так на заднем сидении Елагин чувствовал себя, будто в инвалидной коляске."
"Сегодняшний день серьезно разбередил ему душу. То, что он до сих пор не смирился со своей потерей, не было для него новостью, а вот то, что его может выбить из колеи встреча с новоявленной мстительницей, серьезно озадачило. Да еще и мелкий Даниэль откуда-то взялся, надо же, он сегодня безвозмездно подработал репетитором у отпрыска Фон-Росселя, может, есть смысл устроиться на постоянной основе?
Увидев Данилу, Никита вновь вспомнил своего сына. Каким бы он был, на кого был бы похож? И почему-то неизменно всплывала забавная мордаха с торчащими ушами и недостающими зубами. Его сын мог быть таким как Даниэль, но ему не позволили родиться…
…Никита стоял в кухне, упершись лбом в прохладное стекло. Он давно перестал задавать себе вопросы «за что?», «почему?», «для чего?». Зачем так обошлись с его девочкой, почему все это с ними произошло, и для чего ему теперь жить.