— Нормально тебя штырит, — послышалось из угла.
Саломия подняла голову, в углу на стуле сидела девица чуть старше нее, очень худая, с синими кругами под глазами и довольно неряшливо одетая.
— Я беременная, — сипло сказала Саломия.
— Правда? Я тоже залетела, — девица несколько оживилась, — правда, сейчас денег на аборт нет. Но мой сказал даст, пойду чиститься, если успею. Мне проблемы не нужны. А ты что, рожать собралась?
Саломия не ответила и повалилась назад на кровать. Белье там не менялось, похоже, несколько месяцев, голова кружилась, вокруг все плыло, хотелось уткнуться в подушку, а лучше накрыть ею голову. Но руки были крепко связаны за спиной.
— Где я? — она дождалась, пока перед глазами улягутся цветные точки. — Что вы здесь делаете?
— Я? Тебя стерегу, — ответила девица. — Мой сказал, бошку оторвет, если сбежишь.
— Высокие у вас отношения, — проговорила Саломия, стуча зубами. Ее колотило от холода.
— Не твое это дело, — отрезала девица. — За собой смотри. Не твой ли муженек руку приложил, чтобы ты здесь очутилась? Что-то я такое слышала из разговоров.
— Мой меня любит, — Саломия снова почувствовала, что ее сейчас вывернет. В памяти всплыла машина, в которую она села, по ошибке приняв похитителей за охрану. Какая может быть связь между ними и этой грязной дырой? — А что ты еще слышала?"
"— Так я тебе и рассказала, — рассмеялась девица, обнажив гнилые зубы. — Выкуп кажись за тебя хотят.
Выкуп? Саломия тихо застонала, представив, в каком ужасе сейчас мечется Никита, ей так стало жаль его, его и малыша, который, казалось, весь сжался внутри нее от страха.
— Слушай, дай позвонить, а? — попросила ее Саломия. — Прошу тебя, я тебе заплачу. Разве ты получишь что-то с тех денег, что дадут за меня?
— Ничего, — хмуро согласилась ее надсмотрщица, — мой еще и меня за дозу продаст. Потому и аборт хочу сделать.
— А я тебе золото свое отдам, и бриллианты, — быстро заговорила Саломия, — ты меня только развяжи и дай позвонить.
Девушка явно терзалась сомнениями, Саломия затаила дыхание. Та подошла ближе, и теперь Саломия могла хорошо рассмотреть следы уколов и синяки на худых руках, это повергло ее в еще больший шок. Судя по словам девушки, их здесь двое, она и ее то ли муж, то ли приятель, тоже наркоман. Что связывало их с ее похитителями?
— А правда брюлики дашь? — глаза девицы алчно загорелись.
— Развяжи, — попросила Саломия, — и все забирай. Кольца, серьги, подвеску.
Девушка взяла со стола нож и разрезала веревки, стягивающие руки за спиной, Саломия с наслаждением принялась растирать затекшие запястья.
— Эти серьги? — протянула девица руки.
— Сначала дай позвонить, — отклонилась Саломия. Та поджала губы, а потом достала старый кнопочный телефон с затертым корпусом.