Автор
Димыч рассказывает о том, как он случайно становится похожим на легенду Барона Монте-Кристо в городе — благодаря необычным случайностям и ошибкам. Каждый новый инцидент кажется знаком судьбы, подталкивающей Димыча вперед в его приключениях. Атмосфера нерешительности и опасности тесно переплетается с чувством комичности происходящего вокруг главного героя....
Похоже, «Я не Монте-Кристо (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Я начал превращаться в тыкву? Так вроде и полночь давненько пробила.
— Прости, — она смутилась и тут же спохватилась, — это очень неудобно, мы не приготовили тебе подарки, но мы исправимся.
— Вы уже сделали мне подарок, Алина, — серьезно ответил Никита, и от его тона по телу поползли мурашки, — этот вечер. Мне давно не было так хорошо, правда, мне больше ничего не нужно. Разве что за исключеним того, о чем я тебя просил.
Последние слова он проговорил с нажимом, глядя ей прямо в глаза, но тут, к счастью, вмешался Данил:
— Я совсем забыл, мама, у меня есть подарок для Никиты, я не знал, что он сегодня приедет, — и помчался в свою комнату.
— Это любимые духи твоей жены? — спросила Саломия, в ответ буравя его взглядом, на что Никита удивленно кивнул:
— А ты откуда знаешь?
— Это старый аромат, ему уже восемь лет.
Никита снова качнул головой, давая понять, что оценил ее осведомленность, а затем неожиданно накрыл ее руку своей.
— Я не просто так выбрал этот парфюм, Алина. Мое предложение остается в силе, я хочу, чтобы ты родила мне ребенка, и теперь я еще больше в этом убедился.
— Никита, что ты несешь! — она попыталась убрать руку, но он для верности накрыл ее сверху второй ладонью.
— Не спеши, подумай. Я тебя не тороплю, ты должна сама этого захотеть. Я обещаю, что не сделаю ничего, что тебя заденет, я буду… нежен, обещаю, — поледние слова он проговорил почти шепотом, и Саломия с ужасом понимала, что еще немного, и она совсем перестанет себя контролировать.
"«Медленно… Нежно… Осторожно». Сейчас она выскочит из-за стола, оббежит вокруг и обнимет его за шею, прильнет всем телом, и к черту тендер, миллиарды, пусть он уже убил ее однажды, но что делать, если жизнь без него хуже смерти? Надо что-то с этим делать, Саломия решитльно закатила рукав домашнего джемпера, мягкий трикотаж легко поддался, обнажая руку и большой шрам, стягивающий кожу и теряющийся дальше под одеждой.
— И что? — поднял брови Елагин. — Что ты хочешь этим сказать?
— Такие же шрамы у меня на лице, — она говорила так, будто признавалась как минимум в убийстве населения целого города. Или континента.
— А почему ты считаешь, что мне не похер на твои шрамы? Разве я приглашал тебя стать лицом компании? И если я не ошибаюсь, современная медицина давно с таким успешно справляется.
