Теплая полутьма комнаты переливалась мерцающими бликами от фонаря, который он разбил на себе во сне. Голова заставила повернуться в его сторону — и взгляд поймал неожиданное явление: мужчина в ночной рубашке стоял в дверях комнаты, почти полностью обнаженный.
Только успела щелкнуть щеколдой, как услышала чьи-то шаги, и следом:
– Все, с меня хватит, Лилия Сергеевна. Я умываю руки. Эта ваша сноха оказалась чересчур настырной, а вы говорили, что она ни рыба ни мясо. Сегодня вот приезжала на работу к Игнату. Носом водила. Разнюхивала. И нанюхала она нашу Анфису. Эта дура ей все рассказала. При этом во всем обвинив меня! Вы хоть представляете, что сделает со мной папа, если узнает? Да он меня за эти тесты… вздернет!
– Тссс, не кричи, Кристиночка, девочка моя.
Боже! Меня аж заштормило, когда услышала голос свекрови.
– Не надо меня успокаивать. Поздно. Вот. Здесь все, – чем-то шлепает о кафельную столешнице. – Сим-карта и телефон. Он чист. К нему не подкопаться. А вот сим-карта оформлена на забулдыгу одного. Пришлось ему пятьсот рублей давать. Но это неважно.
– Кристина. Родная. Ну, что за истерия? С чего ты вообще взяла, что Саша будет во все это вникать? У него есть дела и поважнее, – голос вкрадчивый, как у лисы. Свекрови в плане убеждения мог бы позавидовать не один психолог, а будь она продажником, так ей бы и цены не было. Но женщина направила свой талант совсем в иное русло. Она решила во что бы то ни стало разрушить жизнь своему сыну."
"– Сейчас у папы на первом месте я.
Я так и продолжаю стоять в той же позе, боясь даже вздохнуть слишком громко. А в мозгах пульсирует только одна мысль. Почему здесь? В этом ресторане? Разве такое бывает? Что это, случайность? Или таким образом мне помогает Всевышний?!
– Дорогая, конечно же, папа беспокоится о тебе, но разве он может тебе запретить добиться того, чего ты хочешь?
Вот, значит, как?! – поджимаю губы. – Только для чего все это нужно свекрови? Я не могу понять? Неужто выгодная партия для Игната важнее, чем счастье ее сына?
– Вы знаете, Лилия Сергеевна, я вам не хотела говорить, но… Раз уж все вышло из-под контроля, то скажу… Я не люблю больше Игната.
– Не любишь? Но почему? – будто шипение змеи, зашелестел голос свекрови.
– Потому что, Лилия Сергеевна, Игнат сильно изменился. Вы мне говорили, что он любит эту Ксюшу, а это оказалось неправдой. Игнат помешан на ней. Я даже его иногда боюсь. А после того, как узнал.
