Теплая полутьма комнаты переливалась мерцающими бликами от фонаря, который он разбил на себе во сне. Голова заставила повернуться в его сторону — и взгляд поймал неожиданное явление: мужчина в ночной рубашке стоял в дверях комнаты, почти полностью обнаженный.
Вот и Ленка, сама по себе далеко не красивая и даже симпатичной её трудно было назвать, высокая, худая; про таких говорят – кожа да кости, но хваткая и сообразительная. Думаю, за это и получила повышение. Добилась его своим умом.
– Ну, что застыла, подруга. Давай проходи, – дернула меня за руку Ленка, потащила на кухню. – Ты знаешь, я не люблю копаться в чужом белье и, уж тем более, бередить чьи-то раны, но ты скверно выглядишь, Ксюнь. Тебе явно нужна моя помощь. Садись здесь. Давай я тебе вместо чая что-нибудь покрепче налью.
– Не нужно, – поднимаю руку. – Я за рулем.
Отвечаю глухо, а в груди сердце отбивает чечетку.
– Так, и что же о нас говорят, Лен? Расскажи?
– Да, сплетни разные, подруга. Я это даже пересказывать не хочу. Такой бред. Чушь полнейшая.
– И все же!? – настаиваю, а в горле от переживаний становится сухо.
Если в офисных кулуарах обсуждают нашу жизнь с Игнатом, то значит, дело не в сегодняшней ссоре. Тогда…
– Я слышала, что Игнат нашел себе любовницу, – смотрит Ленка мне прямо в глаза, говорит прямо.
А ее слова для меня сродни удару под дых. Выбивают весь воздух из легких.
– Но не чушь ли это, а, Ксюнь. Ну, твой Игнат и какая-то любовница – это две несопоставимые реалии. Мне кажется, это чья-то черная зависть. Честно. Ну, кому-то скучно стало и вот, решили пустить слух. Ну, ты же знаешь, как это бывает. Твой Игнат, он же любит тебя больше жизни…
– Это правда… – сдавленным стоном срывается с губ.
– Что? Что ты говоришь такое?
– Я сама видела, Лен.
– Да, ну. Не может быть?!
На лице Лены написано искреннее удивление и шок. Ленка так радовалась моему счастью. Мечтала, чтобы и ей также как мне повезло встретить сказочного принца на белом Мерседесе, который бы влюбился в свою Золушку с первого взгляда и, невзирая на ее материальное положение и социальный статус, взял в жены.
– Он выгнал меня из дома, – продолжила.
Говорить было трудно. Голос подводил. Срывался на хрип.
– Боже! – прикрывает Лена рот.
– Нас всех. И заблокировал карты.
– Ого! Это что же такое получается? Значит, это все не слухи…
– Нет, – отрезаю.
– Ксюша. Ксюшечка. Подруженька моя. Что же такое происходит? Я не могу поверить?!
Ленка цепляется за мои коленки. Сжимает их. А в глазах застывают слезы.
– Ты сейчас убиваешь во мне мечту, Ксюша. Скажи, что это неправда. Скажи…
Но я молчу. Ленка тяжело вздыхает.
