Теплая полутьма комнаты переливалась мерцающими бликами от фонаря, который он разбил на себе во сне. Голова заставила повернуться в его сторону — и взгляд поймал неожиданное явление: мужчина в ночной рубашке стоял в дверях комнаты, почти полностью обнаженный.
– Игнат, – спустя несколько минут полного молчания, я снова предпринимаю попытку поговорить с мужем, но вместо какого-либо диалога он включает музыку на максимальную громкость.
Что? Серьезно? Очень по-взрослому. После этой выходки у меня отпадает все желание вести с мужем разговор. Единственное, что меня сейчас волнует больше всего, это Кира. Мне нужно любыми способами забрать дочь.
В какой-то момент, сквозь вьющийся рой мыслей в голове, я вдруг понимаю, что мы едем не в загс. Тревожные колокольчики нарастающим звоном отзываются в груди, заставляя сердце биться быстрее, беспокойнее.
Резко выключаю звук. Поворачиваюсь к мужу лицом.
– Ты куда меня везешь? – вцепилась в сумку потными руками, нервы сдавали.
Лицо мужа искажает ухмылка. Он глянул на меня:"
"– Мы едем в суд. Ты считаешь меня круглым болваном? Думаешь, я идиот и не понимаю, что в гребаном загсе нас не разведут?
Каждое его слово было наполнено цинизмом и жестокостью.
И я вдруг неожиданно прозрела. Поняла, для чего Игнат вчера забрал Киру.
– Игнат. Я не думала об этом…
– Врешь. Не прикидывайся. Я не настолько ослеплен, чтобы не увидеть какая ты подлая. Насквозь пропитанная обманом.
В глазах мужа не было ни капли жалости, только ярость пылала.
– Игнат, – я бессознательно тяну руку к его предплечью, чтобы дотронуться, почувствовать для себя, что он настоящий, и мне это не снится – этот монстр в человеческом обличье.
Но муж дергает плечом, словно сбрасывает с себя мое фантомное прикосновение.
– Не прикасайся, – обрывает меня и резко влетает в поворот, притормаживает, подъезжая к зданию суда, останавливается.
– Ну что, долго еще будешь из себя статую изображать? Пошли. Люди ждут.
Игнат грубо толкнул меня в спину. Запутавшись в ногах, чуть носом не пропахала асфальт.
– Совсем с головой плохо? – схватившись за перила руками, смогла удержаться.
– Зачем ты этот цирк устраиваешь? Зачем усложняешь?
Игнат раздраженно хлопает дверью. И, обойдя меня, встает на несколько ступенек ниже. Так, чтобы наши глаза были на одном уровне.
– Чего добиваешься? Ты же понимаешь, что ни о каком разделе имущества и речи не может идти. Ты уйдешь с тем, что у тебя было, когда мы поженились.
– Я?! – округляю глаза. – Игнат. Мне кажется, ты не отдаешь отчет своим действиям.
