В Академию перешла молодой некромант Леди Амелия, но ее занятия проходят неудачно - студенты воспринимают ее как легкое развлечение. Между преподавателями и учениками посыпались интриги, а главный бабник курса лишь усиливает ей проблемы. Леди Амелия узнает, что для успеха нужно не только знать свою магию, но и быть шarpой в игре....
Позади снова раздался выразительный кашель, а я вдруг осознала, что стою непозволительно близко к некроманту, и свои возмутительные речи он произносит так тихо, что их слышу одна я. Вот почему ректор до сих пор не вмешался!
- Это мы еще посмотрим, - глядя нахалу прямо в глаза, проговорила я. - Всего хорошего, лорд Николас.
И, обойдя его по дуге, решительно направилась к выходу из ректората. Даже никакого заклятья не наложила. Не из уважения к Нику, просто зачем мне перед лордом Мэлори подставляться?
Глава 3"
"Из кабинета я уходила невозмутимой.
- Амелия! - негромкий оклик заставил меня подскочить.
Оглянувшись, я увидела проходящих мимо адептов. Ну да, конечно. Теперь мое положение не позволяет панибратского «Амелия» с теми, с кем совсем недавно была в дружеских отношениях. Я же вроде как преподаватель. Вроде как. Только сама до сих пор не свыклась с этим фактом и не уверена, что вообще справлюсь.
- Привет, - я на секунду прижала ладони к уставшим глазам. - Все хорошо.
Брендон сделал шаг в сторону. Именно там, я знала, находилась небольшая ниша, в которой можно скрыться от лишних глаз. Я последовала за ним.
- Мелли, точно все в порядке? - обеспокоенно спросил он. - Ты какая-то бледная. Еще и расстроенная.
Кто расстроенная, я расстроенная? Нет, я злая. Раздосадованная. Хотя нет... Расстроенная. Тем, что не могу взять и снова подпалить чей-то безукоризненный костюм.
А Брендон внимательно на меня смотрел, словно пытаясь прочитать мои мысли и понять причины моей отстраненности. Он готов был выслушать жалобы, взвалить на свои плечи мои проблемы, стать опорой. Да что там, я еще на младших курсах знала, что Брендону я нравлюсь. Вот только ответить ему взаимностью я не могла. Не екало что-то внутри меня. Я хотела таких чувств, какие были у родителей, у бабушки с дедом.
