В Академию перешла молодой некромант Леди Амелия, но ее занятия проходят неудачно - студенты воспринимают ее как легкое развлечение. Между преподавателями и учениками посыпались интриги, а главный бабник курса лишь усиливает ей проблемы. Леди Амелия узнает, что для успеха нужно не только знать свою магию, но и быть шarpой в игре....
Вот только у него был козырь, о котором никто и не мог догадаться.
- Как давно ты нашел архивы Говарда Эстли? - спросила я, не в силах больше выносить это молчание. Он изучал меня, будто препарировал, и от этого становилось откровенно не по себе. Впрочем, вести задушевные беседы с тем, кто всего через пару часов собирается меня убить, тоже доставляло мало удовольствия.
- А у меня недавно год назад дедушка умер, - развел руками собеседник, словно принося ей извинения. - Тут-то я и обнаружил, каким сокровищем он обладал.
- Жаль только, что этот талант кончил плохо, - возразила ему я. - Впрочем, как и ты. Зачем тебе весь этот безумный план. Чего ты хочешь?
Задушевные беседы со злодеями - что может быть глупее и банальнее? Как в плохих романах, честное слово! Но «пауку» явно хотелось выговориться.
- Да что ты можешь понимать, выпестованная в сильной магической семье, а? - недовольно буркнул он. - Тебе никогда не почувствовать, каково это - жить среди сильных магов и понимать, что на фоне них ты - слабак. Ничего не можешь. Не потому что глупее. Чертов резерв!
- Я смотрю, комплекс неполноценности не дремлет, - усмехнулась я, чувствуя, как где-то в душе разливается горечь. Да, такое чувство действительно мне не знакомо.
Резкая пощечина обожгла щеку болью, и я едва сдержалась, чтобы не вскрикнуть. Нельзя, Амелия, нельзя показывать свои слабые места. Даже связанная, до тех пор, пока ты сохраняешь силу духа, ты - сильнее.
- Замолчи! - скомандовал он. - Я сильнее тебя. И то, что ты сейчас в моей власти, это только доказывает.
- Кстати, поделись секретом, почему ты меня похитил сейчас? Разве я не должна была стать последней жертвой? - поинтересовалась я так, словно меня и пальцем не тронули.
- Ну же умная девочка, подумай, - усмехнулся он, снова вернувшись к покровительственноласковому тону. - Последняя ли ты жертва?
Я помолчала, оценивая известные мне подробности и собственные умозаключения.
