Женщина суетливо делала последние резкие движения перед отправкой документов в ЗАГС. Свидетельство о разводе будет готово через час — она знала точно. А пока тихо шепча что-то себе, она рассматривала фотографии новорожденных и покойников на стене, словно в поисках отражения жизни. Время повторяло циклы: свадьбы, разводы, роды, смерти — все рядом, все циклично....
Ну как подходящих? Относительно, учитывая что сам Марк и другие гости мест, в которые мы пойдем будут не в бюджетных шмотках из сетевых магазинов.
- Как себя чувствует Саша? - спросил Марк, когда мы сели в машину.
- Не очень. Что за годы, а? Все разводятся…
- Жалеешь?
- Шутишь? - поймала его взгляд. Не шутит.
- Ну, мало ли.
- Марк, хочешь я свяжу тебя со своим психотерапевтом? Уточнишь у нее, имеются ли у меня чувства к бывшему.
- Подумаю над этим.
Я качнула головой. Глупость, конечно, но так приятно, что он меня ревнует.
Мы приехали в красивый ресторан в центре. Заказали кофе, яичницу и брускеты с рыбой и авокадо.
- Марк, знаю, ты не любишь, когда я спрашиваю. Но я очень беспокоюсь за тебя…
- Я ж вроде тебя связывал с врачом да и результаты все скинул.
- Я про фирму…
- Ну, слушай, Алеся решила, раз не удалось отжать бабло судами, сделать это с помощью Пронина. Нашла брешь, использовала ее и вот теперь у меня минус семьдесят процентов активов, - он сделал паузу.
- Мне… Я понимаю, как это прозвучит, но… Главное береги нервы, ладно? Это всего лишь деньги, здоровья они не стоят, - выпалила я.
Марк улыбнулся краешком губ и сжал мою руку.
- Я не знал, что с тобой делать, понятно? Поэтому бесился, - скупо выдавил он, играя желваками на скулах.
Скупые слова. Через силу. Просто потому, что я беспокоюсь. А смысла в них больше, чем в самых длинных и красноречивых признаниях. Смысла, от которого сжимается сердце. От которого больно и сладко одновременно.
- Мне Саша сказала, ты ее директором назначил, - сказала, чтоб развеять напряжение от того, как некомфортно Марку настолько обнажать душу.
- Не ради тебя, - фыркнул он. - Она хороший сотрудник. Чем нанимать кого чужого, лучше ее.
- Работа ее спасет, - сказала я мысленно умоляя чтоб Саша не простила, если Рома ее об этом попросит.
У меня не было привычки давать советы и лезть в чужую жизнь, считая будто знаю, как лучше. И я не лезла. Но в случае с Сашей все очевидно. Предал раз, предал второй. Дальше-то что? Просрать следующие годы ради тех, что уже прошли? Но, опять же, все зависело от нее. Решит иначе, я не буду давить.
