Автор
Настороженно набираю следующую стопку смартфона сообщений, где лишь мелькнуло «прости» от Павла и «спасибо!» клиента — ни кивка маминой ленивой рукописи. Звоню в доставщиков — подтверждают: шикарные сорок пять чайных роз избежали недостачи благодаря строгому контролю, но открытка все же не появилась. Это странно и невыносимо — словно кто-то вырезал мамин адрес и забыл вернуть....
По его мрачному лицу любому понятно: тот недоволен ходом вещей, и это легко объяснимо. Он ведет в лагерь двух незнакомцев. А вдруг мы вражеские диверсанты? А вдруг шпионы? Просто чудо, что в данных обстоятельствах нас пустили во Фрию.
Как бы то ни было, теперь мне остается лишь разыскать Ардо, снять с себя магию забвения и… Что делать дальше, мне придумать не удалось. Но я очень надеялась, что долгожданная встреча расставит все по своим местам, а не породит кучу новых вопросов.
Глава 26
Пока мы ждем возвращения креака, нам с Сандером дают подкрепиться тарелкой похлебки, рассредотачивают по палаткам — негоже ведь чьей-то невесте уединяться в одном шатре с чужим парнем, пусть даже и одноглазым, пусть даже несущим статус бодигарда! — а после предоставляют самое ценное: несколько часов покоя.
Отодвинув немного ткань палатки, с любопытством наблюдаю за воинами. Их здесь человек двадцать в этом лагере, не больше. Все, как на подбор: статные, широкоплечие. Есть здесь и женщины: высокие, угрюмые, но довольно привлекательные.
Интереснее всего наблюдать за женским составом — уж больно необычно после покорных храмовых служительниц увидеть суровых амазонок, задорно и с энтузиазмом бряцающих мечами!
Очень кстати вспомнилось, что снаряжение викингов весило килограммов десять, один меч тянул килограмма на три. Попробуй таким помахать несколько часов так, чтобы руки при этом не отвалились! Невольно проникаюсь уважением к местному женскому коллективу.
В какой-то момент замечаю, что глаза мои с трудом удерживают фокус на размеренных четких движениях.
Меня охватывает ощущение полета. Хочется разобраться, что происходит, но веки налились свинцом и разлепить их невозможно. Тряска. Ржание лошадей. Плавное укачивание. Мужские голоса и скрип колес. Пытаюсь разобрать слова, но они растворяются в густом тумане. Тишина. Блаженная неподвижность.
И вот, наконец, я чувствую себя достаточно отдохнувшей, чтобы распахнуть глаза и осмотреться.
Засыпала я в походной палатке, а проснулась в огромной комнате со стенами из белокаменной кладки.
На просторной кровати, в которой я себя обнаружила, легко разместился бы взвод солдат.
По полу так щедро разложены шкуры, что плит почти не видно. В восторге от увиденного, спрыгиваю на шкуры и валяюсь в пушистом меху, как кошка, налакавшаяся валерьянки.
