Там расцветает любовь и нежность.
Когда я смотрю на тебя,
Я думаю только о хорошем!..
И кончилась песня.
Я ещё раз вздохнула полной грудью и спрыгнула с парапета. Рэндел стоял за моей спиной, и глаза у него блестели.
— Вы так красиво пели, — только и сказал он.
Томление снова охватило меня. Всем своим существом я ощутила его страсть, и вспыхнула в ответ. Но это было невозможно — сгореть в этом огне. Просто… невозможно.
— Это песня красивая, — сказала я небрежно. — А вы тоже пришли спеть пару куплетов?
— Нет, — сказал он, словно через силу. — Раскел велел передать, что лошади готовы, мы можем отправляться.
— Тогда надо поторопиться, — сказала я, начиная спускаться по ступеням первой. — А то вдруг солнце померкнет, и моя свекровь передумает приходить на встречу."
"Дорога запомнилась мне своей унылостью. Я опять ехала в седле по мужски, но на этот раз Раскел позаботился, чтобы меня окружали рыцари — справа и слева ехали Эрик и Лаэрд, спереди и сзади Йорген и Бриан. Рэндел замыкал отряд, а сэр Раскел ехал первым.
Солнце чуть перевалило за полдень, когда мы остановились у ручья.
Теперь я узнала это место — да, именно сюда привел меня огромный волк, и именно здесь — вернее, по ту сторону — я встретила старуху в меховом плаще.
— Переходите ручей и идите прямо, — приказал мне Раскел, спешиваясь и хватая мою лошадь под уздцы. — Варла будет ждать вас.
— Вы отпускаете меня одну? — изумилась я, спрыгнув на землю, не дожидаясь чьей-либо помощи. — А как же страшные колдуны, чудовища леса и ведьмы в придачу?
— Идите, — процедил Раскел сквозь зубы.
Остальные рыцари промолчали. Я взглянула на Рэндела. Он был не слишком весел, но кривовато улыбнулся и кивнул мне.
— А взять что-нибудь с собой мне не полагается? Осиновые колья, чеснок, охранные амулеты? Да хоть нож, наконец или ветку рябины, — я продолжала дразнить Раскела, но не оттого, что мне было смешно, а оттого, что было страшно.
Что они еще задумали — эти северяне? Что у них на уме?
— Идите уже! — казалось, Раскел едва сдерживается, чтобы не отправить меня на тот берег ручья пинками.
— Хорошо, — бросила я презрительно и перепрыгнула через ручей.
Ничего не произошло, и я пошла вперед, не оглядываясь. За моей спиной была абсолютная тишина — даже ветер не шевелил ветки деревьев.
Солнце слепило глаза, и я щурилась, посматривая по сторонам, и как-то пропустила тот момент, когда передо мной появилась рослая старуха в меховом плаще и в замшевых сапожках.
— Вот и ты, невестка, — она улыбнулась и прищурила глаза, как будто смотрела на меня против солнца. — Теперь ты поверила, что это я — Варла Сомарец, королева Баллиштейна?
Я не спешила отвечать ей, но Варла не ждала ответа.
— Пойдем в мою хижину и поговорим спокойно, — сказала она деловито.