– А то у вас завтра опять опасное практическое занятие, и я уже заранее начинаю беспокоиться о целостности вверенной мне башни Земли. Впрочем, и лекции захватите, чтобы я удостоверился, что вы их записываете.
Хорошо, что мороженое принесли довольно быстро и оно остудило кипящую во мне злость на Фабиана, который так и не подошел до сих пор. Ну ничего, когда мы вернемся, я ему сразу скажу, что усаживать девушку за столик к ее собственному декану не столь замечательная идея, как он думает.
– Что-то они задерживаются, – сказала я, невольно подумав, что, возможно, Фелан как раз сейчас занимается сравнительным анализом Антера и Фабиана. И мысль мне эта ужасно не понравилась.
– Фелан о своей Ламборджини часами может говорить, – ответил декан. – Уже соскучились, фьорда? Не волнуйтесь, вас сейчас развеселят.
Но не успела я спросить, что же он хочет этим сказать, как раздался знакомый голос, прошедший через артефакт-усилитель, и от того невыносимо громкий:
Без тебя я грущу одинокий,Ты – услада несчастных очей.От тебя бесконечно далекийЯ мечтаю о страсти твоей.Все это сопровождалось бесконечным повтором «Лисандра, о Лисандра, моя любовь». У меня появилась твердая уверенность в том, что мама – это не единственный недостаток Антера, но раньше я просто ни разу не слышала, как он поет. Честно говоря, я предпочла бы и дальше остаться в неведении, но, увы, жизнь оказалась ко мне жестока."
"Сидела я красная, как знаменитая синьская роза, воспетая в сотнях стихотворений, и размышляла, как это я раньше не замечала, что Антер – идиот. Все же не такое это качество, которое в глаза не бросается. Нет, то что он самовлюбленный тип, ясно было с самого начала, но полное отсутствие критичности к своим талантам оказалось для меня неприятным сюрпризом. А ведь самое ужасное, что он после своего выступления пойдет ко мне в твердой уверенности, что я брошусь к нему на шею и разрыдаюсь от умиления. И ведь буквально через несколько минут взоры всех присутствующих в ресторане окажутся прикованы ко мне. Мне, конечно, нравится привлекать к себе внимание, но не в такой ситуации. Надо что-то делать, и срочно!
– Приятная такая музыка, – невозмутимо сказал Кудзимоси. – Может быть, потанцуем, чтобы вам, фьорда Берлисенсис, не так грустно было ожидать своего спутника?
– Фьорд Кудзимоси, – умоляюще сказала я, – проводите меня лучше к грифонам. И я попрошу фьорда Чиллага отвезти меня домой. Что-то мне совсем нехорошо.
Декан усмехнулся еле заметно, но иронизировать не стал, подозвал жестом официанта и попросил два счета – отдельный для Фабиана. Принесли их тут же, что меня несколько удивило, но обрадовало, так как из зала мы успели выйти до окончания представления моего бывшего жениха.