А оттуда, можно уже и не выйти… никогда…
«Хватит! – мысленно сказала себя Маша, – хватит сходить с ума!»
Пошатываясь, она встала с кровати. Головная боль была невыносимой, нужно было выпить какое-то обезболивающее.
Она вышла из комнаты и пошла на кухню, но в коридоре заметила лежащий на полу знакомый пакет. Открыв пакет, Маша шумно выдохнула. В пакете лежал тот самый злополучный комплект сексуальной горничной и контракт.
– Значит, это был не сон, и теперь понятно, зачем приходил Лисовский… – пробормотала она, рассматривая пакет с такой брезгливостью, словно в нем лежало мертвое животное.
«Наверное, Влад сбежал, как только я потеряла сознание? – с мрачным злорадством подумала Маша, – заниматься сексом с полудохлой бабой, не самая интересная затея»
Она еще какое-то время разглядывала пакет в своих руках, но в итоге поняла, что никуда ей от этого не деться…. Хочет личную горничную? Будет ему личная горничная! Ей сейчас сдаваться нельзя, она должна вытащить свою семью из этого дерьма, другого пути у нее просто нет.
И Маша пошла на кухню, а там она с удивлением увидела Гелю и Лену. Геля стояла у плиты и что-то готовила, а Лена сидела за столом и занималась уроками.
Спустя двадцать минут после того, как с трудом удалось успокоить Лену и отправить ее доделывать уроки в свою комнату, Геля и Маша наконец-то смогли вздохнуть спокойно и поговорить.
– Маш, я не понимаю, почему ты в больницу не хочешь, – с удивлением смотрела Геля на свою подругу, после того, как та наотрез отказалась поехать в больницу, – врач же ясно написал, что у тебя, возможно, был инсульт, ты вообще понимаешь насколько это опасно?
– Это предварительный диагноз Гель, – вздохнула Маша, все еще удивленная тем, что оказывается Влад не такой уж и подонок, и более того, еще и врача вызвал и был здесь до прихода Гели, – да и нельзя мне сейчас в больницу, мне Сережу нужно вытаскивать, а если я сейчас туда попаду, и они накачают меня там лекарствами, то я же там могу на месяц застрять, я знаю, уже проходила, да и не инсульт это, совсем другое….
– Что значит не инсульт? С тобой уже такое бывало?
– Да бывало, давно…, просто приступов не было уже больше десяти лет…, – Маша опять шумно вздохнула, все же неприятно было рассказывать о таком подруге, потому как знала, что люди обычно со страхом относятся к подобному диагнозу, – у меня эпилепсия Гель. Только, пожалуйста, не надо делать такие глаза, меня не бьют припадки, и пена изо рта не идет. У меня более легкая форма – сильная головная боль, резко падает давление, и я теряю сознание, а потом долго не могу очнуться и еще боли головные сильные дня два после приступа, – быстро протараторила Маша Геле, пока та уже не начала бить тревогу.