Тени скрывают истинные лица, дым от пламени заполняет небеса. Цитадель окутана маревом, а защитники королевского дворца бьются за каждый квартал. Настоящая война за сознание в воздухе и сердцах каждого последнего героя.
- Разве не воевали мы против Цахира вместе?
- Я спрашиваю не о вынужденном временном союзе, продиктованном обстоятельствами. Я спрашиваю, доверяешь ли ты Павилу душой и сердцем?
- Да, как ни странно это прозвучит, я доверяю Павилу, хотя внутри меня что-то еще противится и протестует, - кивнул Рой. - С раннего детства я учился воевать с ним, чтобы отомстить за наших павших братьев, но вот теперь я словно встретил в нем другого человека, и хоть внушенное годами отношение к нему еще сильно, я вижу, что он не бездушный монстр и негодяй, а человек, взваливший на себя ответственность за весь наш мир.
- Что будешь делать, мальчик мой?
- Вернусь в Ханай и приму командование объединенной армией, чтобы генерал мог не опасаться нового предательства от своей родины.
- Ты молод и несдержан, Рой, кроме того, обманут женщиной, поэтому все они кажутся тебе продажными.
***
Павил вошел и устремил на сына цепкий взгляд, словно желал проникнуть в потаенные мысли и чувства. О чем Рой говорил с монахом? И будет ли с ним столь же откровенен и открыт, как с мастером Киреном?
Рой тоже чувствовал себя довольно странно.
- О чем ты собирался говорить со мной? - почти с вызовом спросил Рой, пытаясь скрыть охватившее его замешательство.
Упрямый подбородок, смелый ясный взгляд.
