Тени скрывают истинные лица, дым от пламени заполняет небеса. Цитадель окутана маревом, а защитники королевского дворца бьются за каждый квартал. Настоящая война за сознание в воздухе и сердцах каждого последнего героя.
Мы долго ждали, привалившись к нагретой солнцем стене. Серая от усталости Крис дремала стоя, я пожалел ее и аккуратно опустил на теплую траву, понимая, что для нее нагрузки последних двух суток оказались слишком велики, и нужно дать девчонке хоть минуту отдыха.
- Принц Герберт? Это правда вы? - к нам подходил знакомый по походу сотник. - Я вас с трудом узнал, Вы очень изменили внешность. Простите за задержку, служба. Приказано всех проверять, а ваша проездная бляха насторожила стражников. Время лихое, люди тоже, запросто могут и украсть.
- Но что у вас произошло? Я проезжал совсем недавно через Табир, здесь все было спокойно.
- Государственная измена, принц, - сурово поджав губы, доложил сотник, - возможно, заговор. Наместница объявила чрезвычайное положение.
- Наместница? А что военный губернатор? Это его обязанность, так почему…
- Простите, принц, вам лучше поспешить в резиденцию, там полководец Сикор, у него спросите. Нам не положено болтать, тем более при посторонних, - кивнул он на лежавшую на земле Кристену.
- Быстро вставай! - увлекая за собой порывавшуюся что-то возразить Кристену, прошипел я, - и прикуси свой острый язычок. Здесь не Мескена, где ты можешь делать, что захочешь. Сикор не станет разбирать, кто ты такая, и даже я не смогу защитить тебя, если покажешься ему подозрительной.
- Кто он такой, этот Сикор?
- Ты слышала.
У ворот королевской резиденции последовала еще одна унизительная проверка наших личностей. Стояли здесь сплошь наемники, ни одного человека в форме дворцовых телохранителей я не увидел. Старший и так и сяк крутил предъявленную ему проездную бляху и без конца задавал мне одни и те же вопросы, видимо, пытаясь на чем-то подловить и получить законное основание для задержания и ареста.
- Зачем вам к губернатору и по какому делу? - сверля глазами Крис, допытывался он. Я начинал уже терять терпение, когда ворота распахнулись и вышел новый человек, махнувший бдительному стражнику рукой.
