Капитан милиции Сергей Крохалев и его боевой товарищ Артур случайно оказываются на территории, контролируемой чеченскими боевиками. Спасаясь от преследования, они попадают в плен и вынуждены бороться за выживание голодом и лишениями. История о мужестве и стойкости двух молодых офицеров,...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Я – первый»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Капитан милиции Сергей Крохалев и его боевой товарищ Артур случайно оказываются на территории, контролируемой чеченскими боевиками. Спасаясь от преследования, они попадают в плен и вынуждены бороться за выживание голодом и лишениями. История о мужестве и стойкости двух молодых офицеров,...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Капитан милиции Сергей Крохалев и его боевой товарищ Артур случайно оказываются на территории, контролируемой чеченскими боевиками. Спасаясь от преследования, они попадают в плен и вынуждены бороться за выживание голодом и лишениями. История о мужестве и стойкости двух молодых офицеров,...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Несмотря на свой почтенный возраст, Литвирук оставался капитаном, так как капитанское звание присваивалось ему дважды. Пять лет назад на допросе он забил несговорчивого зэка ногами, искалечил его, и через несколько дней человек умер. «Хозяин» тогда помог; дело замяли, да и человеком-то того умершего назвать было сложно. Пять судимостей, вся жизнь за решеткой и постоянные конфликты с администрацией. Но факт оставался фактом, в подробности Москва не особо вникала, и после служебной проверки Литвирук опять продолжил службу, но уже в звании лейтенанта. Так и жили капитан и полковник, стараясь увязывать служебные дела и свои личные амбиции (два первых лица зоны) в одно целое. «Кум» помнил об этом факте в своей биографии, навсегда зарекся давать волю своим чувствам и знал, кто тогда его выручил.
– Проходи, Петрович! – добродушно встретил оперативника «хозяин», встал, пожал тому руку и прошел в угол кабинета, где была расположена мягкая мебель.
Если начальник ИТК звал расположиться для беседы на потертом диванчике, значит, разговор предстоял неофициальный, скорей всего, он будет просить, но эти просьбы равносильны самому жесткому приказу, тем более если просит сам полковник. Если эту просьбу не выполнить, даже приведя самые объективные факты и обстоятельства, то «хозяин» может попросту обидеться, как и любой другой человек. Он же не приказывал, а просил! А на его слова не обратили должного внимания. Это всегда неприятно, когда игнорируют твои пожелания, тем более «хозяин» обладал хорошей памятью, а сочетание практически неограниченной власти в этом глухом таежном местечке и хорошей памяти заставляло относиться к скромным просьбам полковника предельно внимательно.
Литвирук незаметно вздохнул, провожая глазами тяжелый затылок «хозяина», затем неискренне улыбнулся, снял фуражку, сел и приготовился слушать.
– Проверка приезжает! – с ходу бухнул начальник ИТК, как только тяжело уселся в кресло."
"– Какая проверка?! – искренне удивился «кум». – Была же недавно! Вот, весной! И нормально все у нас вроде. Вам же звонили из области! – И он вопросительно уставился на полковника.
– Да была-то была… – пробормотал тот, поморщился и помотал головой. – Я не пойму одного, Петрович… (Литвирук изобразил предельное внимание, мысленно пролетая со скоростью света по фактам тех мелких (да и не очень) нарушений, которые удалось скрыть от проверяющих). Едет-то к нам один человек. Заместитель прокурора области, и еще кто-то с ним, какой-то прикомандированный, что ли. Я так и не понял… А ведь таких проверок не бывает. Сам знаешь, понаедет целая толпа, меня проверяют, тебя, бухгалтерию, режим, медпункт, по зоне шатаются, зэкам глупые вопросы задают…
Капитан призадумался.
