В глухой деревенской усадьбе ни души не наблюдалась — только старые тяжелые ворота скреплены стальными полосами. Напряженная атмосфера и неразговорчивый воздух подчеркивают важность прибывших спецмашины, явившейся выполнять нешуточную задачу.
Не бежать же, в самом деле… Мне оставалось только от души понадеяться, что сегодняшняя группа наружки будет на высоте.
В метро два чеченца взяли меня за руки с обеих сторон и сноровисто втащили в уже отправляющийся вагон. При этом Коля без всякой маскировки откровенно пялился по сторонам, пытаясь засечь возможный «хвост» наблюдения. Я не знаю, кого он там увидел, но такой прием мы проделали несколько раз, раскатывая хаотично по всем направлениям подземки. Один раз я заметил, что мы ехали в противоположную сторону.
Коля явно переживал, что я могу убежать, и крепко ухватился за меня. Видимо, такие же инструкции получил и его напарник и поэтому так же цепко, ни на секунду не отпуская, держал меня за локоть, как беременная девушка, тащившая наконец-то согласившегося жениться парня в загс.
Я делал вид, что ничего особенного не происходит, и даже пытался пару раз пошутить. Никто из чеченцев мне не отвечал, они только изредка перебрасывались отрывистыми фразами на родном языке.
Наконец мы вышли на поверхность и через двадцать минут быстрого хода подошли к какому-то рынку.
Здесь Коля чуть ли не силой усадил меня на деревянный ящик, облегченно вздохнул и вытер пот со лба. Я оглянулся. Подсобка как подсобка, воняло сгнившими фруктами, в углу были набросаны пустые картонные коробки, а под маленьким мутным окошком, забранным сеткой, стоял стол с тремя грязными кофейными чашками.
– Да в чем дело-то, Коля? – решил я раздраженно спросить и полез в карман за сигаретами. – Что за таинственность ты тут разыгрываешь? За нами кто-то гонится или ты сегодня утром застрелил Ельцина?
Второй чеченец хрипло засмеялся и сел на рядом стоявшую табуретку.
Коля без улыбки посмотрел на меня и ответил:
– Ельцина я не застрелил, хотя он и заслуживает, но об этом в другой раз. – Он подумал, поглядел в пол и наконец счел возможным ответить, чтобы уж совсем меня не настораживать своими непонятными, с моей точки зрения, действиями: – На меня местная братва наехала, понимаешь? У меня здесь точка на рынке, вот они и требуют платить.
– А-а, – кивнул я понимающе и выпустил дым в потолок. – А я-то здесь при чем? Чего ты сюда меня притащил?
– Мне все-таки надо с ними рассчитаться, – сокрушенно развел руками Коля. – Все-таки здесь жить еще.
