При виде плена глазами, отец уверенно решил судьбы своей дочери: она станет жертвой вампира. Вечером я должна стоять у ворот особняка на расстоянии до рассвета. Улицы пустуют и в воздухе нависает мрачный шар вампиризма.
— Свет ещё как назло не работает, — пробормотала она дрожащим от волнения голосом. — Осторожнее, здесь небольшой порожек.
Шагнула в распахнутую дверь и услышала, как тяжёлые засовы отгораживает нас от болотников. Сюда им точно не попасть.
— Ну, вот и всё, — выдохнула женщина, — теперь осталось совсем немного.
Только хотела повернуться к ней и спросить, чего именно осталось немного, как к моему лицу с силой прижали вонючую тряпку, от запаха которой моё сознание мгновенно стало засыпать.
В лицо плеснули ледяной водой, и я закашлялась.
— Ну наконец-то! — послышалось рядом. — Я уже думала, что ты никогда не придёшь в себя. Хочу получить удовольствие, наблюдая за тем, как в твоих глазах угасает жизнь!
Руки занемели, впрочем, как и всё тело. Я дернулась вперёд, но у меня не получилось сделать и шага. На запястьях и щиколотках находились широкие металлические браслеты, от которых шли цепи, конец которых утопал в каменной стене.
— Что происходит? — не выдержала я напряжения, чуть дёрнув руками, закованными в цепи. Металл брякнул, отдаваясь болью в не до конца прояснившейся голове.
— Что происходит, — передразнила меня старуха. — Глупая девка! — выплюнула она. — Живучая попалась! Ну ничего, до рассвета ты точно не дотянешь! Не видать тебе больше рассветов и закатов! Ты сдохнешь, захлебываясь своей собственной кровью!
Слушая бред сумасшедшей, попутно пыталась определить, сколько же времени я провела без сознания. Кожа на руках саднила, так как моё бесчувственное тело находилось в подвешенном состоянии.
— Что я тебе сделала такого, отчего ты решила меня убить? — спросила спокойно, без истерик. Ведь я была уверена в том, что Синора не сможет причинить мне вреда. Амулет защиты полностью оберегает своего носителя. Нужно лишь вытерпеть её присутствие до рассвета и потом попросить Лестата, чтобы он не сильно мучил эту душевнобольную старушку.
